Хилер особого назначения. Книга 1

Тогда и страждущих станет меньше, и я без бабла не останусь. Если хотите – такая вот у меня модель Вселенского Равновесия.

– Поддерживаю, – одобрил босс. – Значит, отдыхай, набирайся сил, а как только тебя выпишут – смотайся в отпуск. Желательно подальше от тех, кто сможет тебя побеспокоить.

Может, он еще сказал бы что-нибудь хорошее, но у него зазвонил телефон, и он спешно вышел.

– Ник, принеси мне кофе… – попросил я. – И что-нибудь пожрать. Кажется, сегодня мне предстоит насыщенный день…

Ника вскочила, как ошпаренная, замахала руками и буквально взорвалась возмущениями – о том, что ни о каком насыщенном дне речи быть не может, и что мне ничего тяжелого есть нельзя, а глюкозу уже капают, и вообще мне надо спать…

– Ника, я не жрал три дня.

И еще два дня тут валяюсь. Итого пять.

Она опять грязно выругалась, обозвала меня самонадеянным имбецилом и, пообещав «чего-нибудь сообразить», вылетела из палаты, оставив меня одного.

Я попытался воспользоваться случаем, чтобы сделать несколько звонков, но не тут-то было.

Телефон, который так любезно принесла Ника, лежал на столике, куда я с этой глупой капельницей при всем желании добраться не мог. И я после этого имбецил…

Расстроившись из-за очередной своей неудачи, я как-то незаметно задремал. Но ненадолго – меня разбудил аромат куриного бульона, такой манящий, как если бы… Как если бы я не ел пять дней. К бульону прилагалось удивленное лицо какого-то студента – вот пусть что хотят говорят про мою память, но этого я действительно вижу в первый раз.

– Меня Вероника к вам прислала… – извиняющимся тоном объяснил он свое присутствие. – Велела проконтролировать, чтобы вы все съели…

– Да ладно, контролируй, мне не впадлу, – благодушно разрешил я, принимаясь за бульон. На подносе стояло еще какое-то пюре и, собственно, все.

– Не переживайте, что порции такие маленькие, – проследил он за моим взглядом. – Просто после пятидневной голодовки сразу нельзя есть много…

Вот зря он мне это сказал.

Я оторвал взгляд от непонятного продуктосочетания и посмотрел на того, кто это принес – вернее, на того, кого Ника прислала мне на заклание. В огромных голубых глазах, спрятанных под оправой очков, которые легко могли стать предметом зависти любого ученика Хогвардса, светилось желание осчастливить все человечество. Господи, где же таких незамутненных еще берут?!

– Парень… – осторожно спросил я, – а ты кто такой?

Сейчас окажется, что он псих. Не иначе.