Спящий Ангел. Они знали, что проиграют, и шли вперёд

Она ходила кругами, с удовольствием набрасываясь на подлокотники, повисая на них четырьмя лапами, то с гудением, то с урчанием. Тайра так неистово покоряла диван, словно охотясь на буйвола и впиваясь в его хребет.

Даже пшикалка не спасла диванную шкуру.

В твердыне Евиного дома поднимался пожар кровожадных глаз. И Ева чувствовала, что она мечется, пытаясь потушить вспыхивающие то тут, то там очаги пламени. Одно узкое оконце. И никаких лестниц вниз. Единственное спасение – раз за разом тушить. Мечущаяся в башне женщина не заметила, как наступила ночь, не заметила бисера звёзд на почти игрушечном небе.

И яркого алого всполоха двухвостой кометы на горизонте. Хвосты кометы напоминали вытянувшиеся крылья. Но хозяйке башни было не до них.

Мысли Евы шли по кругу. Она словно металась внутри себя, как принцесса внутри башни.

Ей нужно было вырваться из потока.

Пшик – ключ от жестяной банки под пальцами. Звук выбросил её обратно в реальность, разорвал цепочку повторяющихся, мельтешащих мыслей.

Вот она маленькая.

И этот пшик ярко врезается в память. Нельзя газировку. Нельзя. Держи сок. А у мальчика рядом – кола в жестяной банке. А у неё – сок. Выхватила этот пшик, украла из собственного детства. Ева нынешняя протягивала той маленькой Еве жестяную красную банку. Глоток. Едкие уколы газов в нёбо. Полсекунды – и Ева посмотрела вокруг глазами маленькой девочки. Выдох.

Ева оставила животных в комнате и перешла на кухню. Взяла в руки чашку. И как будто не узнала её. Ей почему-то захотелось увидеть в руках глиняную чашку.

Ева привыкла не замечать ключи в собственных руках, оставаться в своих мыслях во время приёма пищи. Ева испытала тот редкий сорт растерянности, когда вдруг смотришь свежим взглядом на привычные вещи. И пытаешься осознанно выбрать ключ из связки, но не можешь, хотя годами на автомате и не задумываясь вставляешь в скважину верный.

Ева подумала, что странно было бы обнаружить себя в ставшем автоматизмом браке и неожиданно обратить внимание на партнёра.

Раз очнулся через десять лет и точно знаешь, что рядом должен быть совсем другой человек.

Странно было бы очнуться в офисе крупной компанией над годовым отчётом.

Или в далёкой дикой стране за ловлей рыбы.

Вот так же странно Еве стало в своей собственной чужой жизни.

Ева вернулась к раненому дереву вместе с лопатой, подкормкой, опрыскивателем для листвы и специальной лечебной замазкой, предназначенной для замены коры. Дереву предстоял переезд к озеру.