Спящий Ангел. Они знали, что проиграют, и шли вперёд

Молчание – золото. И он гасит свой голос, уступая его место в мире уже когда-то сказанным словам. Старым словам.

– Собирать цитаты – какая глупость, – усмехнулся напарник на минувшей смене – фельдшер на скорой. – Глупее хобби не мог придумать? Бессмысленное прожигание жизни.

– Жизнь-то моя, – улыбнулся в ответ коллекционер цитат.

– Потрачено, – добродушно отмахнулся фельдшер.

Осталось только выставить таймер. Решить, когда набранные слова вольются в большой мир.

И пока молодой доктор неспешно выбирал время на таймере, Ева вязла в липучем болоте секунд.

Они растянулись, размякли, как хлебные крошки под дождём. И Ева слышала глухие удары собственного сердца, а между ними – гулкие паузы. Она слышала паузы, хотя сердце учащённо билось. Время растянулось, замедлило ход. Глаза что-то искали, мозг перебирал детали – хаотично. Ева сама не знала, что ищет.

Душно. Душно. Душно. Пульс стучал в голову. Ева расстегнула куртку, оттянула воротник. Взгляд выхватил маленькую девочку на мосту.

Взгляд сфокусировался. Ноги сами понесли к девочке.

Шаг…

…Это началось утром.

По детскому залу носился вой. И дети с криками разбегались.

– Там приведение, – то и дело слышались всхлипы, крики, жалобы детских голосов.

И все библиотекари по очереди повторяли набившее оскомину:

– Это просто сквозняк.

Сквозняк пришёл без приглашения. Просочился под дверью, влетел в щель приоткрытого окна. Зашелестел старицами. Завыл на поворотах. Подхватил детский смех и разлил его по библиотеке жутковатым эхо.

Окно закрыли. Под дверь положили полотенце. Задёрнули шторы. Но сквозняк не уходил.

И дети упорно называли его привидением. А взрослые – сквозняком.

Сквозняк пробрался и к Еве в голову – обрывал мысли на полуслове, не давая вспомнить начало фразы. Сбивал взгляд. Лязгал чем-то над ухом. И когда старик зашуршал газетами, Ева воскликнула так, как если бы шелестели у неё в голове.

Синица, конечно, проходил мимо и поймал этот восклик, неодобрительно посмотрел на Еву, которая неодобрительно посмотрела на шуршащего старика.

– Соберись, – прошипел мини-босс и поправил очки.

И за его спиной заклокотали спрятанные бутыли. Ева знала, за какими книгами они стоят. И на мгновение испугалась, что Синица сейчас услышит их клокот. Но Синица не слышал.

А детский смех, который разнёсся по библиотеке, пронзил голову Евы как стрела.

Странная девушка без лица говорила что-то усталому приятному парню.