Спящий Ангел. Они знали, что проиграют, и шли вперёд

 – Она приглашена.

Элли уже мысленно разбирала его зажимы, развинчивала, подбирала слова-инструменты, которые помогут пересобрать его, полить любовью – и вуаля: совсем иначе будет вести себя с женщинами.

Из рассказа парня Элли узнала об Автономии – небольшом поселении, живущем на самообеспечении.

– Эта Автономия как перезапуск, – сказала Марго, когда они отошли от парня. – Щёлк, и жизнь опять на старте, все выборы обнулены.

Сказала, чтобы посмотреть на реакцию своей подруги. И увидела нечто новое. Взгляд Риты метнулся вверх.

Боль и надежда. Элли увидела разлом. Огромную трещину, которая раздирала подругу изнутри.

«Интересно», – подумала Элли и ничего не сказала вслух. Время слов ещё не пришло.

Высокий, худой водитель скорой помощи пригласил Элли в Клуб анонимных алкоголиков, который организовал прямо в этом подвале.

Элли улыбнулась лукаво в ответ на приглашение:

– У меня есть проблема – мне сложно себе отказать. В любви и в алкоголе, – Элли заметила, как сверкнули его глаза.

Под его прозрачной кожей Элли чувствовала жизнь. Жилистую. В которую можно впиться зубами. Он держит в себе ураган – дёрни за нитку, вскрой и сметёт полмира. Или полезет на крест, быть распятым за друзей. Герой. Энергия героя. Энергия мужика. Энергия, делающая способным на поступок. Отвага, которой не хватает слабоумия, вот и держит её в узде. Прячет под тонкой кожей и мягким голосом.

Он сострадает как хирург, который заносит нож над пациентом без наркоза. Наркоза нет. Военное время или страна третьего мира.

А человеку нужна операция. Долгая. Полная боли. Этот мальчик – такой хирург. В нём хватит жестокости, чтобы спасти мир. Или хотя бы деревню. Что они там говорили про Автономию? Он в этом подвале и с этими людьми по адресу.

Ему в глаза Элли полыхнула бы огнём безудержной страсти – отдала бы поводок, надетый на собственную шею. И разрешила бы делать с собой всё: от плети до нежных поцелуев. И он делал бы с ней всё. Он бы не смог устоять.

Ещё в своей памяти Элли унесла девочку, худую и бледную.

Говоря что-то, она водила глазами по несуществующему небу, и Элли готова была поспорить, что собеседница видит облака. Девочка напомнила Элли цветок под стеклянным куполом – следует от рассвета до заката за солнцем. Только кто её Солнце? Она много рассказывала о молитвах, пригласила Элли на службу в местный храм.

«Тоже меня спасает, тоже ремонтирует, – подумала Элли. – Жаль, она так самоотверженно себя не спасает».