Приор. Путь странника

Обрывки слов и фраз приближались ко мне. Их становилось так много… Мучительно много. Обрывками и пятнами они въедались в мое сознание, прожигая его насквозь.

«Посланец… корабль… большой риск…».

Меня вдруг потянуло к этим словам со страшной силой. НИЧТО стало сжиматься вокруг меня, чтобы вытолкнуть наружу, как матка извергает ребенка при рождении. Но я не хотела выходить, не хотела терять пустоту.

«Никаких следов ее прибытия… миссия… представляет опасность…».

Фразы обволокли все вокруг, заполоняя мое сознание.

Одни вспыхивали, как тусклые лампочки, другие, словно огромные прожекторы, ослепляли мой разум.

«Нужно адаптироваться… почти неделя».

Интонация, голоса… Я будто слышала их раньше. И это пугало, давило грузом понимания, который я не хотела принимать, не хотела вспоминать. В моей пустоте было спокойно, было уютно и тихо… Здесь было никак. А в словах таилась угроза, тайна, тревога. Они требовали действий и решений. Им нужно было, чтобы я поняла, чтобы я вспомнила. Но я этого не хотела, взывая к пустоте, умоляя ее оставить меня в своих объятьях.

Голоса подождут…

Но было одно слово… Одно слово, которое заставило меня открыть глаза. Оно не просто ударило меня, оно вырвало меня из пустоты. Одно слово… СЛОВО…

Паника, удивление, понимание невозможности происходящего и одновременно ощущение реальности овладело мной в одно мгновение.

СЛОВО: «Приор».

2

С первого раза открыть глаза не получилось. Яркий свет пронзил мой мозг, и я, инстинктивно прищурившись, отвернулась от источника света.

– Она пришла в себя, – послышался голос рядом. Он звучал, как сообщение кому-то. И первой моей четкой мыслью было то, что он был мне знаком. Это осознание хлестнуло, как раскаленный прут.

Человек, лицо которого я пока не увидела, наклонился надо мной. Я не смогла его разглядеть, картинка была размытой, словно в помещении, где я находилась, стоял густой туман. Мой взгляд прошёлся ниже от его лица к груди и заскользил по гладкой ткани его светлой униформы.

Я не могла разглядеть красную лычку на его рукаве в форме трех крестов с оплетающей их змеей, но точно знала, что она там была.

Мужчина чуть отстранился от меня, взял в руки свой сенсор – небольшую металлическую пластину, содержащую, наверняка, все данные о моем состоянии. Я, наконец, смогла его рассмотреть. На смуглом лице проступали первые морщинки, но скорее они были признаками глубокой вдумчивости человека и частой сосредоточенности, чем следами былых улыбок.