Жизнь без прикрас

Жадно вдыхая давно забытый запах чистой накрахмаленной простыни, она прислушивалась к позвякиванию посуды на кухне: «Заботливый папаша, но бедняк, и машина чужая. Зря оттиск ключей от его квартиры сделала. Юрка только разозлится и зря старика покалечит. Сам же сволочь меня на панель толкнул, а теперь ревнует!»

Дверь открылась, и в комнату вошел благоухающий дезодорантом хозяин, держа в руках поднос с бутербродами и чашкой дымящегося кофе. Люська восхищенно присвистнула:

– Ты меня обслуживаешь по первому разряду!

Втягивая в себя ароматный темно-коричневый напиток, Люська блаженно щурила глаза: «До чего же жизнь иногда бывает приятна! Жаль только редко!»

Закончив завтрак, протянула опустошенный поднос Зудову и, вздохнув, попросила:

– Отвернись, я вставать буду.

Мне пора! Да и рассчитаться пора.

– Да, да я понимаю. Сейчас, подожди минутку.

«Ишь, как засуетился и взгляд виноватый, словно у нашкодившего кота. Интересно, куда он направился за деньгами?»

Люська быстро вынырнула из-под одеяла и, сноровисто натянув на голое тело сарафан, осторожно ступая босыми ногами, выглянула в переднюю.

Заметив полуоткрытую дверь в чулан, бесшумно приблизилась и заглянула внутрь. Раздвинув старые пальто и куртки, хозяин пробрался к низенькой тумбочке и достал из нее старый запыленный сапог, из которого вынул несколько зеленых купюр. Поспешно отделив одну из них, остальные с суетливой поспешностью вернул на прежнее место.

Быстро вбежав назад в спальню, Люська начала торопливо собираться, лихорадочно обдумывая только что виденное: «Маловата заначка, но все равно есть чем поживиться.

Но Юрке не сдам этого заботливого старика, который по-человечески ко мне отнёсся и не издевался как другие».

Небрежно взяв деньги, Люська быстро направилась к выходу. Но возле дверей Зудов ее нагнал и, прижав к себе, попытался поцеловать в губы. Но Люська резко отвернулась, и Зудов лишь неловко чмокнул ее в шею.

– Мы еще встретимся?

– Я всегда с Нинкой на том месте тусуюсь. Захочешь, подъезжай!

Гостья поспешно покинула временное пристанище, и Зудов бросился к окну.

Он смотрел вслед удаляющейся девушке, пока та не скрылась за углом: «Ну, вот и все. Жаль, что я её больше никогда не увижу!»

Зудов не знал, что жестоко ошибается.

Юрка после очередного запоя встретил сожительницу злыми упреками. Его гнев не смягчила даже крупная заморская купюра:

– Мне надо деньги срубить по-крупному! Шпунт на меня давит. А я его ребятам хороших наводок давно не даю.