Жизнь без прикрас

По лицу подполковника Круглова расползалась довольная улыбка:

– Изъятие семисот граммов героина позволит нашему отделу благополучно отчитаться за квартальные показатели. Как планируешь поступить, Потапов?

– Возьму с собой пару молодых «оперов» и в присутствии понятых изыму у Барона наркоту. Он точно под суд пойдет по части 2 статьи 228 уголовного кодекса за хранение «дури» в особо крупном размере.

– Ты, не спеши, все обдумай. Если сейчас возьмем Барона, то лишь одно уголовное дело войдёт в показатели отчётности.

Давай выдоим из ситуации максимум выгоды. Раз твой источник близок к Барону, то сможет нам сообщить, когда к нему начнут приходить дилеры, связанные с непосредственным сбытом наркотика потребителям. Барон, наверняка, будет передавать героин не щепотками. Если мы за всеми проследим и выявим всю преступную цепочку, то сумеем зачислить себе в копилку не менее десятка самостоятельных уголовных дел дополнительно. Что тебя смущает?

– Выгода для нас несомненна, но при таком подходе многие парни и девчонки на наркоту подсядут.

– Не сердобольничай! Мы им не няньки. Пусть родители ответственность за своих деток несут. Давай устанавливай наблюдение, проследи за дилерами и по каждому факту продажи будем возбуждать уголовные дела. К концу квартала отчитаемся с триумфом.

Потапов покинул кабинет начальника с сомнениями: «Конечно, он прав: десяток уголовных дел лучше, чем один громкий арест Барона. Но, допуская приток героина конкретным потребителям, мы невольно становимся соучастниками распространения «дури» среди молодежи.

Ладно, не я придумал эту систему. Завтра с утра приступим».

Вечером после работы Потапов после ужина сел перед телевизором смотреть футбол. Но насладится игрой ему не дали. В дверь позвонила соседка с пятнадцатого этажа тетя Маруся. Женщина была вся в слезах:

– Помоги, Петр Сергеевич. Пришла с работы, а Лидка моя без сознания лежит и рядом шприц на полу валяется. Не знаю, что делать.

Потапов нехотя оторвался и пошел вслед за обеспокоенной женщиной. Он знал ее дочь с детства. Лида росла у него на глазах. Он хорошо помнил маленькую девчушку с трогательными косичками, неумело с помощью совка и ведерка, пекущую песочные куличики. Потом девочка на его глазах пошла в школу, затем в колледж, там влюбилась в парня наркомана. Этот тип подсадил на героин и ее. Все пошло под откос. Оба забросили учебу и постоянно искали деньги на новую дозу.