Адриан. Бог тьмы

– Он шутит? – обеспокоенно спросила она и дернула его за рукав черного платья— Адди, скажи, что он лжет. Скажи!

Адриан перевел на нее взгляд потухших серебристых глаз и ответил:

– Нет, Селена, он не врет. Я найду способ по—другому черпать энергию, – он посмотрел на Ниалла. – Не смей больше лезть в мои дела, Повелитель Света, или я буду черпать силу из твоих наложниц.

Адриана полностью скрыл туман тьмы и он исчез. Ниалл стукнул кулаком по спинке своего трона. Как же он мечтал избавиться от брата, чтобы тот не мешал ему держать репутацию в этом мире.

Селена расправила платок и собиралась засунуть его в карман платья, но Ниалл не дал. Он спрыгнул со ступенек, выхватил подарок и зло усмехнувшись сказал:

– Перестань брать у людишек всякую чепуху, а то я выжгу глаза этого изобретателя. Люди не умеют любить, Селена, они только пользуются. А я не хочу, чтобы моя дорогая сестра ходила грустной. – И он испепелил платок в своей ладони. Подарок рассыпался пеплом, мягкой вуалью скользнул между его пальцев и осел на прозрачный пол.

Ниалл ушел, а Селена, стиснув зубы, опустилась на корточки. Среди кучки пепла она разглядела только криво вышитое ее имя. Девушка подхватила обугленный кусок ткани и прижала руку к груди. Ниалл был не прав. Люди умели любить и она так мечтала почувствовать, каково это, когда твое сердце взмывает ввысь, когда кто—то нежно, почти невесомо, боясь спугнуть, касается твоей щеки, как робко отводит взгляд, как румянец ложится на лицо, когда мягкие губы сливаются воедино и как в унисон ошалело бьются одинаково сумасшедшие сердца.

– И ты нашел способ? – ахнула Дафна, когда Адриан закончил рассказ.

Она почувствовала, как в груди взметнувшейся стеной огня, разливается ярость. Как она хотела влепить Ниаллу звонкую пощечину за его грубость.

– Да. Я купил себе у лучшего мастера моей деревни печатку из белого золота с обсидианом и влил туда половину своей магии. Когда я носил его, он автоматически восполнял мои запасы, а потом уже такими обзавелись Селена и мой гнусный братец.

 – При воспоминании о Боге Света, взгляд Адриана становился колким, словно крошки льда.

Начало стремительно темнеть, в воздухе запахло ночной прохладой и девушка, поежившись, накинула на плечи плащ. Адриан принес сухих веток и, взмахну ладонью, добыл огонь. Вмиг стало теплее, на свет слетелись насекомые, застрекотали в ночной тиши. Подсвеченное огнем лицо Бога, казалось неземным. Он ковырял палкой в огне и задумчивый взгляд был глубоким как море.