Адриан. Бог тьмы

 – Меткой ты не сможешь пользоваться в полной мере, пока не освоишь самые простые заклинания. Поселимся в таверне и я научу тебя обороне. Нож не сможет спасти твою жизнь, а вот меч Хаоса – вполне.

Фанни кивнула, ей хотелось спросить что—то еще, узнать его получше, но Бог буркнул: «Спи», и отвернулся, посильнее кутаясь в плед.

Утром она никак не могла заставить себя проснуться, пока Адриан силком не выволок ее из теплой палатки в легкий морозец, который припорошил золотые листья на деревьях и покрыл лужи корочкой льда.

На завтрак он поймал крупную птицу. Девушка гадала, как ему всегда удается так быстро охотиться. Мясо ее было жестким, а отсутствие соли мешало получать удовольствие от пищи. Адриана это как будто не волновало. Он ушел осматривать окрестности. Вернулся только спустя час с наполненной до краев флягой и маленькой горстью лесных орехов.

– Откуда? – изумилась Фанни.

– Украл на ярмарке, – ответил он. – В деревне волнений нет. Видимо, Ниалл не всех магов оповестил о моем возвращении.

Так похоже на моего брата.

– А какой он? – осторожно спросила девушка.

Адриан зло усмехнулся, взгляд его заострился.

– Хочешь переместиться на его сторону?

Девушка испуганно покачала головой. Он сказал это с таким серьезным лицом, что ей показалось, будто она затронула самую больную для него тему. Каким является Бог Света она действительно не знала. Они ушли, видели их только изредка и самые выдающиеся маги. Она думала, Адриан не ответит, но он забрался на лошадь, помог девушке сесть и сказал:

– Мой брат жестокий.

Народ для него никогда ничего не значил. Он их не считал за равных. Отчего—то моему братцу казалось, что он главный из нас, потому что первым пришел в этот мир и пытался прогнуть нас с сестрой под свои абсурдные законы. Поверь мне, Дафна, узнай он о тебе, убил бы без всякого сожаления. Также, как и весь мой народ когда—то.

Девушка обернулась. Адриан горько улыбался. Она не понимала каково это, потерять людей, в которых ты вдохнул жизнь, подарил частицу себя.

Наверное, как матери потерять своих детей из—за чьих—то эгоистичных желаний. Бог хлестнул лошадь поводьями и они помчались по дороге вперед.

В деревню въехали спустя сутки. Дафна жутко устала. Ей хотелось ощутить под собой мягкость постели, вкус тушеного мяса с овощами, горячий душ с пахучим мылом. Но больше всего почувствовать под пальцами приятный укол магии, сродниться с ней целиком, как с партнером в танце и научиться быть сильной.