Варежку вверх! С Новым годом!

Приближается Новый Год, поэтому, что купить в качестве гостинца напрашивалось само собой. Заскочив в местный магазин, Вера прикупила всяких вкусностей к столу.

Сколько же ему лет? Если ей 46, наверно примерно 70 ни меньше. Неуверенной походкой войдя в подъезд, постояв минуту другую внизу, начала свой подъем по лестнице притормаживая на каждой ступеньке.

Вера шагала по лестнице и размышляла, могло ли быть по-другому? Да скорее всего нет. Мог ли тот случай с клубникой уберечь ее от других ошибок в жизни? Тоже нет.

Какова тогда суть всего происходящего и имела ли влияние та история на дальнейшую жизнь. И пришла к очень неожиданным выводам для себя. Прямо-таки почувствовала, как каждый раз, пользовалась спасательным кругом и оправдывала свое бездействие тем, что из-за своей “травмы детства” она не может выступать перед людьми и вообще им что-либо говорить или то, что любое начатое дело не будет доведено до конца.

Вера чувствовала, как с приближением учительской двери она не была уже так уверена, что там скрывается утерянное счастье и успех.

Немного помедлив и осмотревшись по сторонам, решилась постучать, испытывая при этом тот, еще детский, страшный страх, только в этот раз она стучалась в дверь “ответчика” и обидчика. Дверь никто не открывал, время ни то тянулось, ни то вперед убежало и было не понятно сколько она так простояла, вслушиваясь в тишину. И чуть было не ушла, испытав некоторое даже облегчение. Но из-за двери послышались тихие, шаркающие шаги, с трудом передвигающиеся к двери.

– Кто там? – послышался еле узнаваемый голос из-за закрытой двери.

– Здравствуйте Николай Тимофеевич, это Вера Егорова. – отвечала Вера, срывающимся голосом. – Откройте, пожалуйста.

Наконец-то дверь открылась и на пороге стоял унылый старик, в жизни которого давно ничего не происходило. Весь седой с блуждающим взглядом. Даже как-то жалко его стало.

Было видно, что он не сразу сообразил, кто именно к нему пришел.

Вере пришлось пояснять кое-что и после этого Николай Тимофеевич заметно оживился, распахивая по шире дверь, пригласил пройти.

Не сильно избалованный посетителями, ведя затворнический образ жизни, он так сильно обрадовался приходу Веры, что час говорил без умолку, вспоминая многие пережитые истории, а Вера слушала этот монолог и сердце ее постепенно оттаяло. Куда-то улетучилась претензия, улыбка не сходила с ее лица и как же оказалось все просто.