Золотая кнопка царицы

Она заглянула в спальню, вздрогнула и проворчала:

– Сколько ж надо хлама, чтоб держать эту малявку дома!

Катя нахмурилась, приоткрыла рот, чтобы возразить, но Вика выглянула из комнаты и, зачем-то погрозив пальцем, двинулась на кухню. Там она позвенела крышками, хлопнула дверью холодильника и, наконец, выдавила:

– Мда, Катюха… Основательно ты подготовилась… спасибо.

– Что-что? Неужели я слышу слова благодарности? – щёки Меркуловой тронула улыбка.

Девушка до сих пор продолжала стоять у порога с новорождённой на руках.

Не могла придумать, как снять сапоги, когда обе руки заняты.

– Вика! – взмолилась она, наконец, – Хватит любоваться. Возьми ребёнка.

Та спохватилась и подошла, отнесла малышку на пеленальный столик. Меркулову поразило, как подруга это сделала – механически, без эмоций, будто не мать, а медсестра из поликлиники. Стрельцова даже не попыталась раздеть дочь, которая проснулась и тихо захныкала – только махнула рукой и ушла в зал:

– Катька, сделай, что полагается.

Покорми эту спиногрызку. У меня никаких сил не осталось. Пойду посплю.

Меркулова подскочила к столику и испуганно закричала:

– Вика, ты что? Я не умею обращаться с детьми. Какое – спать? Вернись!

– Сама ничего не знаю, – подруга сладко зевнула. Судя по звукам, она уже устраивалась на диване. – Ты справишься.

Катя в недоумении посмотрела на свёрток. Девочка жалобно хныкала.

– Тише, тише… – она начала разворачивать одеяло, приговаривая, – Добротно медсёстры укутали.

И как они пеленают, что младенцы не раскручиваются? Ни пуговиц, ни завязок…

Среди обилия ткани показалось красноватое тельце. «Надо срочно вымыть руки. – Катя метнулась в сторону ванной, – Нет, девочка может упасть.» – она шагнула обратно и закричала, отставив привычку вести себя сдержанно:

– Вика, твою… судьбу! Иди сюда и занимайся ребёнком, а то сегодня же выставлю за дверь! Обеих!

Вика моментально возникла у стола.

«Может всё-таки, когда хочет», – подумала Катя и, вдохновлённая первым успехом, начала руководить:

– Помой руки.

Возьми бутылочку. Смесь на подоконнике. Разведи…

Через полчаса малышка спала, чистая и накормленная.

Подруги прокрались на кухню, Катя налила две тарелки супа. Когда утолили первый голод, поинтересовалась:

– Как ты назовёшь дочку?

– Что? – посмотрела рассеянно, – Ах да, надо как-то назвать. – новоиспечённая мать пожала плечами, – Мне всё равно.