День с тобой стоит тысячу жизней…

В этот день у Кирилла было игривое настроение и сидя в антикварном кресле, которое буквально на днях было доставлено по авторскому проекту одного из самых дорогих дизайнеров Петербурга для новой квартиры на Каменноостровском проспекте, он спросил:

– Пап, ну чего ты так напрягаешься? Не эта Аня, так другая: Маша или Глаша. За те деньги, которые ты ей платишь, она все вынесет. Это было сказано с неким пренебрежением, которым он хотел подчеркнуть свое превосходство над всем остальным социумом.

Владислав Андреевич был человеком еще старой закалки, на своем веку ему пришлось многое пережить, прежде чем достичь тех высот, на которых он находился в данный момент, поэтому характер у него был непростой, а проще сказать тяжелый. Он имел свойство вспыхивать, как спичка, если что-то было не по его. Так и тут… он, не церемонясь, подлетел к Кириллу, схватил его за воротничок поло и устрашающим голосом низкой тональности произнес по слогам:

– Еще раз повторяю для особо одаренных, ее не трогать, слушать и перенимать все моменты ведения дел в России.

Бизнес – отдельно, а бабы – отдельно! Я уверен, что в тех злачных местах, где ты ошиваешься их хватит на твой век!

– В Питере, небось, уже тоже нашел подобные клоаки?

– Нашел… и вовсе они не клоаки, а элитные клубы, между прочим… Хотя, как не крути Питер не тянет против Москвы, деревенька так сказать…

– Так все, разговор окончен, надеюсь ты меня услышал.

Он встряхнул руку, будто испачкался в чем-то, налил стакан воды из кувшина и выпил его залпом. И демонстративно вышел в прихожую, тем самым давая понять, что пора выезжать.

Владислав Андреевич сел за руль, Кирилл, не отрываясь от телефона плюхнулся рядом.

– Ты что так собрался идти в офис?

– Да, а что такого? – Кирилл посмотрел на черную худи в стразах и остался собой доволен.

– Быстро вернулся и оделся casual, мы не на тусовку едем, ты лицо компании, люди должны чувствовать, что от тебя исходит надежность и уверенность в завтрашнем дне, а от тебя сейчас исходят гламурная заносчивость и пофигизм, будь они не ладны.

Кто с тобой работать будет, когда ты не внушаешь ни грамма доверия?!

– Какой ты занудный стал, видимо сказывается возраст…

– Давай ускорься, опаздываем уже, – раздраженно сказал отец.

Кирилл поднялся в квартиру, скинул прямо у входа худи на пол, прошел в гардеробную.