Клуб F20.8

Лишение премии станет самым безобидным из того, что Павел Александрович способен сделать. Слышатся недовольные возгласы больных, но через несколько минут зал пустеет.

У Сергея повышенный пульс, одно это – плохо. Врач аккуратно переворачивает больного и осматривает язык. Неужели опять… ПРИСТУП? Если да, то главное, что пациент остался жив. Доктор внимательно осматривает ссадину на подбородке больного, замечает следы крови на брюках больничной пижамы. Закатив штанины, обнаруживает на коленях Сергея ссадины, подобные той, что на подбородке.

На пальцах левой руки, между указательным и средним, ожог. На другой руке отчетливо виднеются следы пореза. Павел Александрович достает из аптечки перекись водорода и аккуратно обрабатывает ей раны.

В очередной раз ЭТО произошло практически у него на глазах.

– Я сам с ним скоро сойду с ума…

Взгляд Павла Александровича падает на колпачок от шприца. С минуту врач рассматривает зеленый колпачок и в порыве ярости втаптывает его подошвой в кафель. Они все-таки сделали то, чего нельзя делать ни при каких обстоятельствах – ввели пациенту сульфозин! От гнева у заведующего трясутся руки.

Эти два недоумка даже не представляют, чего они его лишили из-за своей глупости! Все так и есть – на дне мусорного ведра лежит пустая капсула сульфозина и использованный шприц. Эмоции не удается сдержать – Павел Алексндрович яростно пинает ни в чем не повинное ведро. Пластик трескается, рвется черный пакет, мусор разлетается по полу. Впрочем, теперь ничего не изменить. Заведующий достает из кармана пачку успокоительного и кладет под язык несколько таблеток.

Считает до десяти. Глубокие вдохи помогли успокоиться и прийти в себя.

Не в этот раз, значит.

Врач возвращается к Сергею, затягивает туже ремни смирительной рубашки. Так надо, Сергей, извини. Сам заведующий мог подобрать множество определений тому, что происходило сейчас, но они не меняли сути и только загоняли обратно в тупик. Возвращали к тому, с чего все начиналось. Сама ситуация напоминала огромный движущийся и постоянно изменяющийся лабиринт.

Но что, если медбрат прав, и у Сергея выраженная, обостренная форма шизофрении? Больной агрессивен и опасен. А Павел Александрович наивен и глуп…

Павел Александрович достает из кармана мобильный телефон, звонит одному из медбратьев.

– Заберите его в палату, – команду он отдает дрогнувшим голосом.

Игорь и Семен тут как тут, словно поджидали у двери. Они грузят бессознательное тело Сергея на каталку и увозят.