У Мэри был барашек

У Мэри был барашек

Валерия Шаталова

Мэри исполнилось четырнадцать, когда она уехала из Ирландии, где воздух, гонимый с утёсов, пах морской солью и луговыми травами. Прошли годы, а вместе с ними разбились и надежды на лучшую жизнь в огромном городе. Но однажды случайная встреча в портовом трактире преподнесла Мэри ещё один шанс, вот только взамен ей пришлось впустить в душу алую тьму. Пожалеет ли она позже о содеянном? Кто знает… Рассказ. Обложка создана в нейросети Midjourney

Валерия Шаталова

У Мэри был барашек

Исполнение самых сильных желаний часто бывает источником величайших скорбей.

Сенека Младший

На улице привычно бесновался ноябрь, то подвывая в рассохшихся рамах, то укрывая мостовую хлопьями снега. Под вечер и вовсе зарядил промозглый дождь. Капли монотонно барабанили по стеклу, раскрытым зонтам и крышам кэбов, громыхающих по брусчатке Уайтчепела. Ритмичный цокот копыт отстукивал секунду за секундой: одну, другую, третью…

Лёжа на кровати, Мэри безразлично провожала взглядом алый ручеёк, тягуче и неспешно тянущийся по старым половицам к чадящему камину.

Сизый дым обнимал кладку и полз вверх, скапливаясь облаком под потолком, а в жарком пламени обращались в пепел дорогие сердцу вещи. Как же она любила перебирать их в руках, прижимать к себе, вдыхать их аромат, окутывающий тёплой шалью прошлого!

Но этого больше не будет. Ничего больше не будет. Половицы протяжно стонали под тяжестью шагов мужчины, что безжалостно уничтожал её жизнь.

Письма, пылкие и страстные, отдающие нотами терпких благовоний, занялись первыми. Огню не было дела до Николаса, чей размашистый, чуть угловатый почерк горел клятвами вечной любви; или до пузатых, слегка заваленных налево букв Эдриана, что складывались в обещания беззаботной жизни с лучшими нарядами и самыми модными шляпками.

А шляпки она ненавидела. Волнистые от природы, солнечно-рыжие локоны хотелось показывать всем; яркой лисицей скользить сквозь серую, блёклую толпу; ловить восхищённые взгляды мужчин и нагло улыбаться женщинам, лица которых надменно кривились при встрече.

Как давно была эта беззаботность! Мэри исполнилось четырнадцать, когда она уехала из Ирландии, где воздух, гонимый с утёсов, пах морской солью и луговыми травами. Кажется, что целую вечность назад она осела в этом огромном городе, пропитавшемся зловонием пороков. Хотя с тех пор прошло не больше десятка лет.