Адъютанты удачи

 – Я пообещал мадемуазель Серовой, что его тотчас выпустят, как только она согласится войти в особую службу. А министр, бедняга, думает, что я ему оказываю услугу! Похвалил меня: мол, ловко я додумался, ведь женщина при мужчине будет вызывать гораздо меньше подозрений.

Великий князь заколебался, но Г. напомнил ему, что вскоре их полк все равно уезжает на маневры под Смоленск, так что, если умно промолчать, Глафира не узнает, что ее оскорбителя выпустили, а потом и вовсе думать о нем забудет.

– Ладно, – сдался наконец великий князь, – будь по-твоему.

Но только потому, что я на дух не переношу Чернышева!

Поняв, что все улажено и несносная барышня больше не будет его допекать, князь Г. просиял лицом, засуетился и велел подать шампанского. (Великому князю, впрочем, он сказал, что пьет за скорейшее избавление от военного министра.)

Вот таким образом Лёвушка вскоре оказался на свободе, а мадемуазель Серова – в особой службе Российской империи. И кое-кто вскоре ох как об этом пожалел!

Глава 3

Как муж и жена превратились в жениха и невесту.

 – Занимательная арифметика. – Особняк, начиненный мышами. – Особое задание

Как только Алексей увидел Полину, он сразу же понял две вещи.

Первое: что барышня Серова очень мила.

Второе: что она совершенно ему не нравится.

Второе вовсе не вытекало из первого, но что поделаешь: люди по природе – чертовски нелогичные существа!

Хотя сам Алексей был по натуре не слишком скромен, он любил барышень скромных, краснеющих и застенчивых.

Особ же умничающих, слишком жеманных и слишком назойливых на дух не переносил.

Однако Полина в своем медвежьем углу, похоже, отвыкла от скромности. По крайней мере, когда ей представили Алексея, мадемуазель посмотрела ему прямо в лицо открытым, ясным и спокойным взглядом. Взгляд этот словно бы говорил: гм, ну и что же вы за птица такая, милостивый государь?

Милостивый государь нахохлился и принял вид Онегина, которому докучают кредиторы из мелочной лавочки.

Но тут произошло нечто ужасное: Полина не смогла удержаться от улыбки, и Алексей пришел к выводу, что она находит его смешным. А надо вам сказать, что молодой Каверин был адски самолюбив, поэтому участь барышни Серовой (агента особой службы за нумером два) была решена.

Окончательно Алексей понял, что им нечего делать друг с другом, когда военный министр обмолвился, что в Париж агенты поедут под видом мужа и жены.