Адъютанты удачи

 – Я уже говорила вам: я принадлежу отечеству, и ради него готова на все!

И она вместе с Машей принялась подшивать по фигуре купленное платье, заказанное какой-то герцогиней, которая не явилась за ним. (Заметим, кстати, герцогиня оказалась перед жестоким выбором: или платье, или дорогой подарок любовнику, который к ней охладел и которого она надеялась таким образом удержать.) Новое платье для Полины за два дня не взялась бы сшить ни одна модистка, а сиреневое платье было на ней чудо как хорошо.

Глава 4

Размышления провинциальной барышни.

 – Затерянные в лабиринте. – Вознагражденное упорство. – Крушение

Общеизвестно, что нет времени, более подходящего для темных замыслов, чем темные ночи. Однако, когда в семь часов вечера Алексей собирался, чтобы идти на маскарад, за окном не проглядывалось ничего, даже отдаленно похожего на сумерки. Солнце щедро поливало расплавленным золотом оба берега Сены, и молодой человек, подойдя к окну, засмотрелся на фантастической приветливости вид. По реке плыла лодка под парусом, два голубя курлыкали на противоположной крыше, из маленькой церкви выходили прихожане.

В сущности, в открывшемся ему виде не было ничего удивительного, но отчего-то у Каверина сладко сжалось сердце. Он до сих пор не мог привыкнуть к тому, что находится в Париже, где все говорят по-французски, и у прохожих на улице, даже у оборванных мальчишек-гаврошей, открытые, приветливые лица. Почему-то все окружающее казалось ему чуть ли не сном.

Алексей отошел от окна и поймал свое отражение в большом, потускневшем от старости по краям зеркале.

Слов нет, Серж Новосильцев разодел его на славу и даже расщедрился на один из своих жилетов («такого нет даже у английского посланника», – многозначительно шепнул сотрудник посольства). Тем не менее в одежде с чужого плеча, хотя та и шла ему а merveille[2 - Наилучшим образом (франц.).], Каверин чувствовал себя неудобно. Он терпеть не мог – занимать в долг что бы то ни было, и неважно, шла ли речь об одежде, деньгах или женщинах.

Однако в следующую минуту Алексей увидел Полину, и все суетные мысли разом вылетели у него из головы.

Полина метнула на офицера стремительный взгляд, обошла его, как столб, и приблизилась к зеркалу. Затем приставила к лицу маску на палочке и покрутилась на месте, дабы убедиться, что мадемуазель Серова хороша со всех сторон.

Алексей хотел было сказать комплимент, но тут черт (или, возможно, приревновавшая к Полине госпожа Удача) подал ему мысль пошутить.