Где-то на земле есть рай

Пока я стояла столбом, пряча глаза, он решительно поднялся, сказал: «Ну что это такое? Нам нужны хорошие фотографии», – и велел тащить сюда все самые лучшие платья и косметику.

– Мы же не можем снимать вас такой… Срочно умойтесь! Потом мы с Лизой займемся вами как следует.

Боже, как просияли ее глаза, как преобразилось лицо! Бабушка засуетилась. После недолгих дебатов было решено снимать на фоне живописного стенного ковра. Ласточкин отобрал у меня фотоаппарат и понизил из фотографов в визажисты. Оля принесла целую сумку помад, румян, тональных кремов и прочих прелестей.

– Волосы не закалывать! Не закалывать, я сказал! Помада бледная, давайте ярче!

Между делом он умело разговорил Олю. Жалеет ли она о своем поступке? Да, и даже очень, при этом на ее лицо набежало облачко. Но ведь вернуть назад уже ничего нельзя. Ласточкин велел ей встать на фоне ковра и стал щелкать вспышкой.

– До чего же мерзкая эта Алиса… Голову чуть левее! Улыбку! Очень хорошо… Нет, если бы она мне попалась, я бы ее удавил, честное слово… Вот просто взял бы и убил!

– Да, я хотела ее убить когда-то… – прошелестела бедная молодая женщина. – Я мечтала… Это было ужасно… А теперь я больше ничего не хочу. И даже видеть ее не хочу.

– Я вас очень хорошо понимаю… А теперь повернитесь, пожалуйста!

Наконец фотосессия была закончена, и мы распрощались с Олей и ее бабушкой.

Что? Прислать им номер, когда статья выйдет? Ну конечно! Если, разумеется, главный редактор не завернет материал… Потому что, между нами, наш редактор – редкая сволочь. И вообще, наша работа чертовски тяжела!

Когда мы вышли из квартиры Бариновых, шел третий час дня.

Глава 8

3 апреля. Третий час пополудни

– Я свинья, – сказал Паша, когда мы вернулись в отделение.

– Почему?

– Как говорил один знакомый сутенер, по совокупности причин.

– Думаешь, это не она?

– Не думаю, а знаю.

– Откуда такая уверенность?

– От верблюда. Нет, ну сама посуди: что сделала Оля Баринова, когда лучшая подруга Алиса увела у нее мужика? Что, она набросилась на нее с кулаками или подсыпала ей в кофе что-нибудь, несовместимое с жизнью? Да ничего подобного. Вместо этого она попыталась наложить на себя руки. Поверь мне, это не тот человек, который способен на убийство. В крайнем случае она может убить себя, но не другого, как бы она ни страдала.