Черный нарцисс

 – Такое ведь тоже может быть?

– Типун тебе на язык, – проворчал Сухов. – Тогда нам вообще жизни не дадут.

Лейтенант Чигиркин оглянулся на огромный дом, жителей которого ему предстояло опросить, покосился на сопляка-следователя, который был горазд только придумывать себе и им лишнюю головную боль, и в очередной раз с тоской подумал, что родился не на той планете. И ведь знал же он, что все будет зря и поиски свидетеля закончатся ровно тем же, что и попытки тещи вырастить розы на их дачном участке, то есть совершенно ничем.

Да и вообще, что это дело с дохлой дамочкой в подворотне обернется очередным висяком, глухарем, нераскрытым убийством, потому что никого Антон не найдет, а если у дамочки обнаружатся влиятельные друзья, то вдобавок ментов еще и как следует смешают с грязью в прессе. И, понимая все это, Чигиркин тем не менее покорился следаку и, взяв с собой сержанта Лавочкина, пошел опрашивать жильцов. Раз другая планета ему все равно не суждена, придется заниматься на этой тем, что ему предначертано судьбой.

Глава 10

– Мне очень жаль, – сказала Вероника, – но ваша статья нам не подойдет.

Журналистка, худенькая молодая женщина с веснушками на вздернутом носу, заерзала на стуле.

– Почему не подойдет? Вы же одобрили план статьи, который я вам посылала… И я специально искала материалы! В чем дело?

– Ваша статья, – поучительно сказала Вероника, постукивая ручкой по столу, – слишком депрессивная для нашего издания.

– В каком смысле? – растерялась журналистка.

– Ну, вы сами посмотрите, что у вас выходит, – снисходительно пояснила Вероника. – Брата княжны Натали, вашей героини, расстреляли…

– Сбросили в шахту, – сердито уточнила собеседница. – Во время революции.

– Пусть так, – вздохнула Вероника. – Расстреляли отца вашей героини, извините. Потом она с матерью эмигрировала в Париж, потом у нее был один брак, неудачный, в Америке второй брак, тоже неудачный, в конце жизни она много пила, почти ослепла и в конце концов покончила с собой, причем это удалось ей даже не с первой попытки.

 – Вероника развела руками. – Где тут положительное начало? Где оптимистичный посыл для наших читательниц? Это, простите, похоже на беспросветные романы русских классиков и…

– Минуточку, – перебила ее журналистка, которой, похоже, уже море было по колено.