Кольцо с тайной надписью

У кого вся энергия уходит в слова, того обычно уже не хватает на действия. Значит, брат или отец. Сейчас я повторно допрошу этого Адольфа, установим точное время, когда к актеру наведался непрошеный гость, и будем трясти подозреваемых на предмет алиби. Главное – свидетели и видеозаписи: камеры наблюдения, видеорегистраторы и прочее. Хоть кто-нибудь должен был засечь убийцу, когда он подходил к дому или входил в подъезд…

– Ты только самое главное не забудь, – посоветовал Ласточкин.

– Ты это о чем? – поднял брови Стас.

Тут уж даже «авторша недамских романов» не удержалась бы от искушения написать, какой он интересный мужчина.

– А сам подумай: с какой стати нашему Фортунатову, который после несчастного случая наверняка был весь на нервах, впускать в дом кого-то постороннего? На мой взгляд, это и есть самый главный вопрос. И когда ты поймешь ответ на него, то поймешь и все остальное.

Глава 2. В случае убийства набирайте ноль два

– Думаешь, убийство никак не связано со вчерашним наездом? – не удержалась я, когда мы сели в машину.

Паша хмуро покосился на меня, между его бровями пролегли тонкие морщинки.

– Да нет, Лиза. Это я так, умничал, чтобы сбить со Стаса спесь. На самом деле есть сто тысяч способов войти в квартиру, даже если владелец этого не хочет. Самые простые: перед вами представитель управляющей компании, слесарь, электрик, водопроводчик… Я собираю подписи под бумагой… ну, не знаю… хотя бы насчет благоустройства двора… расширения парковки, например… Так что не так уж это важно.

Каким бы образом этот человек ни проник внутрь, он убил Фортунатова. А что касается причины убийства…

Ласточкин дал задний ход, и мы наконец с тысячью предосторожностей выехали из узкого двора.

– Самое тяжелое в нашем деле, – продолжал капитан, – это не какой-нибудь мерзавец отпетый, которого никак не получается посадить, а обычный, в общем-то, человек, который вот так пропадет ни за что.

То есть понятно за что, – поправился он, – за убийство, но… понимаешь, у каждого же из нас есть люди, которые настолько нам дороги, что мы на все готовы ради них… Я не знаю, кто это окажется – отец, или брат, или жених погибшей девушки. Но убийство громкое, резонансное, и, конечно, уйти преступнику не дадут…

На очередном перекрестке мы стали. В воздухе струился тополиный пух. Я чихнула и недовольно мотнула головой.