Хроники Бастэт. Начало пути

Теперь дождь стал давать о себе знать гораздо реже, чем не мог не радовать путников. Местность менялась от привычных Баст лесов состоящих из кортосов и трив имеющих широкие стволы, светло серого и красноватого оттенка соответственно и никогда полностью не оголяющих свои ветви. По воспоминаниям девушки особенностью подгорных кортосов являлись их зелёно-жёлтые треугольные листочки размером с ноготок, растущие скоплениями, свисающими с более толстых веток – стволов своеобразными косицами, из-за чего с далека кортосы всегда больше походили на покрытые мхом нежели листвой деревья.

По мере удаления от гор, листва теряла свой желтоватый оттенок и увеличивалась в размерах, за счёт чего теперь проезжая под кортосоми можно было разглядеть их листву не напрягая зрение. Тривы же становились разве что меньше в размерах. Их исполинские стволы теперь не превышали двух обхватов в диаметре. Листва оставалась всё такой же зелённой, продолговато вытянутой и разноразмерной, где-то листва от силы с ладонь размером, где то больше длины руки девушки, начиная от плеча и заканчивая кончиками пальцев. На глаза так же попадались и мелты, хвойные, широкоствольные деревья с фиолетово – синими иглами. Низкорослые кимми, не укажи на которые в своё время Азал, Баст и не узнала бы их. Растение больше походящее на чахлые кусты, нежели на деревца, сильно отличаясь от того как они представлялось девушке в голове. По словам Азала ближе к концу цветня на нём появятся серо – рыжие продолговатые почки из которых часть преобразуется в листву, часть в плоды. Он рассказывал и о других растениях в перерывах между тренировками девушки. Не редко к его рассказу присоединялись и другие гномы вспоминая забавные случаи связанные с тем или иным растением, либо деревьями. Леса периодически сменялись пока ещё голыми полями с остатками не сошедшего с них снега, и проглядывающими серыми кочками сухотравья, к густым смешанным лесам, с не всегда узнаваемыми деревьями, добавились разнообразные кустарники не произрастающие в подгорье и пока ещё по большей части лысые. Погода от раза к разу становилась значительно теплее, а Римма постепенно начала разгораться. Пока не превращая напитанную влагой землю в паровой источник. Эта пора должна была наступить как раз тогда, когда караван должен был достигнуть столицы, по прикидкам всё того же Тъзона. Дорога же хоть и являлась уже главным трактом замощённом камнями, всё-таки не была прямой. Она подстраиваясь под особенности ландшафта.