Смерть ей не к лицу

Изучив обстановку, Павел наклонился над трупом.

– Мне нужно точное время смерти, – негромко промолвил он.

– Я бы сказала, от часу дня до двух. Возможно, ближе к двум. Кровь частично свернулась, но тело еще теплое. Правда, стоит учесть, что в комнате жарко… Поэтому я и настаиваю на вскрытии, чтобы не гадать зря.

Где-то громко заверещал мобильный телефон. Теличкина аж передернуло.

– Это не у меня, – поспешно сказал Петраков.

– И не у меня, – заметила Евгения.

– Ее сотовый, что ли?

Паша подошел к дивану, на котором лежала сумочка, вытащил из кармана латексную перчатку, надел ее и аккуратно выудил из сумочки мобильный телефон.

– Три пропущенных звонка, – констатировал он. – Последний раз она говорила по телефону в тринадцать часов тринадцать минут.

Присутствующие переглянулись. Разумеется, это было чистое совпадение, но цифры отдавали зловещей многозначительностью.

– Первый пропущенный вызов в тринадцать сорок две, – добавил Паша. – Возможно, в это время она была уже мертва.

Петраков чихнул.

– Будь здоров, – сказала Евгения.

– Спасибо, – ответил лейтенант. – Видеосъемку делать?

– Обязательно, – кивнул Паша.

Когда видео было снято и все важные детали зафиксированы, он снова подошел к убитой и, присев на корточки, о чем-то задумался.

– Что-то не так? – подал голос лейтенант.

– Угу.

– И что?

– Ну… – Следователь вздохнул. – Красивое платье, украшения, макияж, прическа… Тебе это ни о чем не говорит?

– Она же актриса.

– Я помню, но перед нами труп девушки при полном параде. Это наводит на мысль, что она кого-то ждала. И при этом она лежит на полу…

Он замолчал, сосредоточенно покусывая нижнюю губу. Между его бровей пролегли тонкие морщинки. Теперь ему можно было дать не тридцать лет, а гораздо больше.

– Почему под телом кровь?

– Что? – удивился лейтенант.

– Удар нанесен прямо в сердце, спереди. Крови должно быть немного на одежде со стороны груди.

Евгения нахмурилась.

– Я не трогала тело, потому что знаю, как ваши этого не любят, – призналась она. – Может быть, ранение сквозное? Или ее ударили в спину?

Однако никто не успел ответить на вопрос следователя, потому что в дверях появилось новое лицо – седовласый мужчина лет шестидесяти, похожий на профессора. Он нес чемоданчик чуть меньше того, который держала Евгения.