Синее на золотом

В душе, по правде говоря, он проклинал неуместное любопытство сослуживца, но тут, к счастью, Еве пришла в голову мысль выглянуть в окно, чтобы посмотреть, почему они стоят. Завидев ее, Франсуа изменился в лице и даже отступил на шаг.

– Боже! – простонал он.

– Я не хотел говорить, – объяснил Луи, пряча улыбку. – Ей-богу, только довезу ее до Шалона и вернусь. Если она поедет дальше и если я с ее помощью смогу узнать что-то ценное, то могу исчезнуть на несколько дней. Ты предупреди генерала, что я не просто так отлучился, а…

– Понял, – пробормотал Франсуа.

 – Ты только береги себя, ладно? А то эдак и пропасть недолго.

В ответ на весьма двусмысленный совет Луи разразился хохотом – таким жизнерадостным, что с ближайшей сосны взлетели несколько мелких птиц. Его товарищ отошел на несколько шагов и приосанился.

– Пароль? – официальным тоном спросил он.

– Победа навсегда! – звонко ответил Луи.

– Свобода, равенство, братство! – крикнул Франсуа.

– Или смерть![8 - Полный текст лозунга революции.

] – закончил Луи.

– Проезжайте, гражданин, – важно разрешил Франсуа и сделал знак солдатам отойти в сторону. Гремя и покачиваясь из стороны в сторону, карета проехала пост и двинулась дальше.

В карете Ева повернулась к госпоже.

– Они даже не стали спрашивать у нас бумаги! – с удивлением заметила она.

– Что ж, это упрощает дело, – загадочно ответила Амелия, и ее глаза блеснули.

Пока они не проехали расположение французских войск, их карету останавливали еще четыре или пять раз, но благодаря Луи нигде не стали задерживать.

Амелия закончила письмо сестре и запечатала его, когда карета наконец миновала Аргоннский лес и покатила дальше, к Шалону. Дорога здесь была широкая и удобная, но ее запрудили обозы, повозки беженцев и кареты, которые двигались к Парижу. Луи нетерпеливо чертыхнулся. Поток полз еле-еле, и ему пришлось придержать лошадей.

– Что творится, что творится! – пробормотала Ева, не веря своим глазам. – Сударыня, вы только поглядите!

Амелия посмотрела в окно и нахмурилась.

– Так мы и за два дня не доберемся до Шалона, – сказала она. – Луи! Здесь есть другая дорога?

– Есть, но она ведет не туда, куда нам надо, – ответил кучер. – Только время потеряем.

– Все равно, сворачивайте, – распорядилась Амелия. – Мне надо отправить письмо и купить кое-что.

– Как вам будет угодно, гражданка, – буркнул Луи. Ее переменчивость нравилась ему все меньше и меньше.

Ева подпрыгнула на сиденье.