Театральная площадь

– Час, но может быть и больше. Это уж как педагог решит, – отозвалась мать.

– То есть после одиннадцати Павел должен был вернуться домой?

– Нет, почему? У него же репетиция еще была.

– Что за репетиция?

– «Лебединое озеро», он там занят в третьем акте.

– Когда именно началась репетиция и сколько она продолжалась?

– Я не знаю, – с некоторым неудовольствием ответила мать. – Понимаете, репетиция – это сложный процесс, тем более что Палладий Андреевич – человек требовательный.

– Кто такой Палладий Андреевич? – терпеливо спросил Опалин.

– Вы что, никогда о нем не слышали? – искренне поразилась Екатерина Арсеньевна. – Палладий Андреевич – это же Касьянов, балетмейстер!

– Он ставит все танцы, – тонким неприятным голосом проговорила Ляля, которую, очевидно, утомила необходимость все разжевывать несообразительному гостю.

– В смысле – ставит? – машинально спросил Опалин. – Я думал, этот балет существует так давно, что все танцы уже известны.

В комнате наступило тяжелое молчание.

Две пары глаз смотрели на Ивана так, словно увидели не современного человека, а какого-то неандертальца.

– Видите ли, – наконец промямлила Екатерина Арсеньевна, – в балете все немного сложнее…

– Балетмейстер имеет право изменять танцы, сочинять новые и переставлять музыкальные номера, если сочтет нужным, – сердито проговорила Ляля, тряхнув косами. – Вообще «Лебединое озеро» считалось как бы женским балетом, но Палладий Андреевич хочет уравновесить главные партии, женскую и мужскую.

Это я вам упрощенно объясняю, там все гораздо сложнее, конечно, в том числе и из-за Вольского, который вторые роли не танцует, а если и станцует, то так, что публика, кроме него, никого видеть не будет. Поэтому Палладий Андреевич и должен сделать так, чтобы все были довольны. И вообще балетмейстер – главный человек в спектакле.

– А как же исполнители? – не удержался Опалин.

– Ну что – исполнители? – пожала плечами хозяйка дома. – Конечно, от них многое зависит.

Но, например, Седова ни одной вариации себе придумать не способна, все делает балетмейстер.

У Ивана уже голова шла кругом.

– Вариация – это танец, – сжалилась над ним Ляля.

– Ваш сын танцевал с Седовой? – наугад спросил у хозяйки Опалин.

Екатерина Арсеньевна поджала губы, и Иван понял, что допустил очередной промах.

– Так говорить не совсем корректно, – с явным неудовольствием промолвила Виноградова. – Они должны были выступать в одном спектакле.