Алгоритм судьбы

Но Тимофей не разделил их несерьёзного настроения.

– Всё равно, – упрямился он, – всех случайностей не учесть.

– А все и не надо! – сказал Бирский. – Зачем? Нам не требуется перерабатывать информацию обо всех наших одно-планетниках, потому что абсолютное большинство пассивно. Воля народных масс, классовая решимость – это всё политические трели. Будущее строит меньшинство, оно определяет пути и варианты, остальные лишь топают следом – туда, куда им укажут.

– Это верно, – кивнул Геннадий. – Знаешь, с чего я начинаю рабочий день? Чищу преобразователи и фильтры информации – столько в них мусора за ночь копится!

– И не говори, – поддакнул Сергей.

– Ладно! – сказал Бирский и хлопнул Тимофея по плечу. – Просто так, за разговором, обо всём не расскажешь. Теория случайности, теорема диссипации информации, алгебра информационных полей, теория больших ошибок… Освоите! Куда денетесь…

Он посмотрел на часы.

– Слушайте… – протянул начальник проекта. – А не сходить ли нам в столовую? Что-то кушать хочется…

– Правильно! – поддержал начальника Гоцкало.

 – А Тима нам бутылочку поставит… – Поймав начальственный взгляд, хохол поднял руки. – Пива, пива! А ты шо подумал?

– О горилке почему-то подумал, – проворчал Бирский, – со шматом сала.

– Не, Дмитрич… – загрустил Сергей. – Исключительно пивусик. Прописаться же надо новому члену коллектива? Надо!

– Ладно, пошли, хранитель традиций…

И они пошли.

Глава 2. Москва, Кремль

Михаил Тарасович Клочков, президент Евразийского союза, огромный седоголовый красавец, очень любил свой кремлёвский кабинет.

Он сиживал во многих присутствиях и за многими столами, уставленными селекторами, экранами и прочими причиндалами, должными услаждать начальственный взор, но этот… Полированная столешница красного дерева помнила документы, вызывавшие гигантские социальные потрясения или горячечный энтузиазм чиновного люда. А в трубке этого вот телефона звучали голоса президентов и королей, да ещё тех людей, кои не обременены регалиями, но стоят миллиарды амеро[5 - Амеро – денежная единица Американской Федерации, объединившей США, Канаду и Мексику. ] и реально правят миром.

Иногда прислушаешься, и будто доходят до тебя давние отголоски грозных крушений государств и развязанных войн, далёких и близких…

Клочков вздохнул, поставил локти на стол и подпёр ладонями седевшую голову Весной ему пятьдесят пять стукнуло.