Алгоритм судьбы

Никто в них ничего не понимал, даже Бирский, и объяснить, зачем «Гото» вдруг потребовалось лепить нечто вроде маленькой карусельки с вертевшимися в разные стороны пропеллерами, затруднился бы и Леонардо.

– Привет, – пробасил Геннадий. – Гляди, что Гошка смастерил!

Он поднял с пола металлическую спираль, вписанную в гироскоп на колёсиках.

– Тут ещё антенна встроена для приёма ЦТВ, генератор случайных чисел, и ещё какая-то хрень… Что к чему?

– Слушай, – сказал Тимофей задумчиво, – а тебе не кажется, что Гоша просто издевается над нами?

Царёв хмыкнул.

– Мозгов не хватит нас дурить! Это ж просто усилитель.

– Какой же это усилитель?

– Усилитель предвидения! Весь этот дуракгель-кристаллический исполняет одну-единственную функцию – предсказывает будущее. Во всём остальном он – во!

И Генка выразительно постучал по панели. Кнуров глубокомысленно послушал гулкий, но короткий звук и сказал:

– Может, ты и прав… А то я уже суеверный ужас начинаю испытывать, когда к нему приближаюсь.

Скоро большим пальцем начну обмахиваться: изыди!

Царёв хохотнул и полез в утробу климатизатора.

– И избави нас от лукавого! – донёсся его глухой бас.

Тимофей быстро проверил все цокольные блоки и спустился на самый низ башни, в «подвалы». Скелетов в ржавых цепях здесь не держали, в «подвалах» день и ночь гудели генераторы и трансформаторы, подкрепляя силы предиктора.

– А это ещё что такое? – удивился программист, рассмотрев в дальнем углу зиявшую дверь. Он сам открывал её позавчера для ухарей из «Мосгаза».

Выходит, что ухари так её и не закрыли? Вот раззявы!

– С-секретный объект! – прошипел Кнуров, пробираясь к двери. – Эй! – крикнул он в туннель. – Есть тут кто?

Он прошёл метров сто, не меньше, миновал три люка пугающей толщины и вышел к подстанции. Дальше ход вёл прямо к магистрали и не перекрывался.

– Чёрт бы вас побрал! – бушевал Тимофей, возвращаясь. Мысль о том, чтобы сообщить охране о вопиющем нарушении режима секретности, возникла и пропала, утонула в злости: поразводили тут тайны Мадридского двора? Вот и следите за ними сами! А я в юные друзья РВ не записывался!

Хмурый и злой, инженер-программист вернулся в лабораторию и снял синюю куртку.

За терминалом сидел один Бирский и устало пялился в раскрытый над пультом видеокуб. В экране-кубе извивались мнемографики, сплетая и расплетая синие кривые и вихлявшиеся спирали.

Начпроекта исхудал, брился через день, стал очень нервным. Да и было отчего.