Целитель-11

 – Тушенка… Сгущенка! А это чего?

– Хлебцы, – понятливо улыбнулся Марьин. – В дороге поедим, здесь задерживаться не стоит… И поглядывайте кругом!

– Бдим, тащ майор! – бодро доложил «Змей». Дуло ДШК хищно шевельнулось, и кто-то военнообязанный шарахнулся в кустах на пригорке.

– Ни стшелай! – пронесся испуганный вопль. – Ни стшелай!

– Да на фиг ты мне сдался… – проворчал Кобрин.

– Прапор! Поведешь «Бардак».

– Есть!

– Грузимся!

Управились минут за двадцать, даже пару бочек с дизтопливом привязали на корму БМД, а внутрь запихали провизию и флягу с водой.

«Кузя», по неистребимой хомячьей привычке, даже пару ЗИПов приволок.

– По машинам! Марш!

Первым тронулся «Тигр» Кузьмина, замыкающим выехал «Борман».

Зенков рулил вторым, и радовался, что впереди не БМД катится, а то наглотался бы смердящего дизельного выхлопа.

Держась за баранку одной рукой, он загреб ложкой тушенку, и захрустел хлебцем. М-м…

Что может быть вкуснее! Ну, разве что сгущенка…

«Пустим баночку на десерт!» – ухмыльнулся Жека, и добавил прыти мотору, чтобы не отставать от «Кузи».

Как там Мишка Гарин говаривал?

«Всё будет хорошо, и даже лучше!»

Там же, позже

«Лучше бы не ел!» – подумал Зенков. Банка тушенки да банка сгущенки – это, конечно, хорошо, так ведь в сон клонит!

«После сытного обеда, по закону Архимеда полагается поспать…»

А ты за рулем, да еще в авангарде, и впереди, за открытой бронезаслонкой, тряская лесная дорога.

Сама монотонность ямистого пути, бесконечное однообразие сосновых стволов по близким обочинам вгоняла… нет, даже не в дрему, а в некое снулое оцепенение. И ты, как автомат, крутишь баранку, отсчитываешь километры, но реагируешь на всё заме-е-едле-енно-о… Как во сне…

Неожиданно лесной шлях, заросший травой, влился в грунтовку – широкую и не слишком давно грейдерованную – а по ней, кроша глину, рокотали танки.

Пока Жека очнулся, «Бардак» едва на «Т-72» не наскочил.

Тормоза! Заднюю!

Потея от страха и шипя со стыда, прапор полез в башню к пулемету. Вовремя заметив, что танки замерли, а с их брони спрыгивают и несутся к БРДМ автоматчики, он и сам схватился за «калаш». Высунулся, все еще плохо разумея, с кем его свела неверная судьба.

– Бросить оружие! – металлический голос репродуктора ударил по ушам, швыряя в явь. – Кто такие?

– Свои! – хрипло выкрикнул Зенков, кляня себя за лень.