Дорога войны

Луций Эльвий тут же сменил бег на неспешный шаг – и растворился в толпе, как птица в стае.

В особняк сенатора гладиатор вошел с черного хода, через позеленевшую бронзовую калитку. Калитка подалась туго, ржаво взвизгивая, и Луций шагнул на прямую дорожку, вымощенную плитками мрамора. По сторонам, словно почетный караул, выстроились прилизанные кипарисы. Эльвий передернул плечами – он не любил эти деревья. Почему? Может, потому, что кипарисы не шумят под ветром?..

Дорожка расширилась до аллеи и вывела к виридариуму – открытой галерее, выходящей в парк.

Под ее арками горели масляные светильники на узорных треножниках. Над Римом повисли синие сумерки, и желтое пламя словно сгущало тьму вокруг, освещая мозаичный пол галереи, выделяя белую субселлию – скамью, покрытую тирским пурпуром. На ней сидел, развалясь, хозяин дома. Элий Антоний позволил себе небрежность в одежде: встретил клиента, будучи в тунике. Туника выглядывала из-под теплого плаща – сенатор зябко кутался в него, постоянно подтыкая и натягивая.

– Что скажешь? – подался он вперед, едва завидев Луция.

«Эге. – подумал тот, – а превосходительному-то неймется!»

– Я присутствовал при беседе, – заговорил гладиатор, оглядываясь. Присмотрев биселлу – кресло с двумя сиденьями, – он устроился на нем, раскинув руки по гнутой спинке, и продолжил: – Марций Турбон собрал четверку редких головорезов и шлет их в Дакию.

– За золотом? – нетерпеливо спросил сенатор.

– За ним. Несколько возов золотишка – запас что надо! Но где царь Децебал устроил схрон, префекту претории неведомо.

Вот он и шлет этих… опасных. Завтра с утра выезжают.

– Отлично! – бодро сказал патрон и нервно потер ладони. – Не откажешься проехать в ту же сторону?

– В Дакию? – удивился Луций.

– Туда! Я заплачу, не обижу. Эльвий поскреб в затылке.

– Мне тоже золото искать? – уточнил он.

– Пусть ищут преторианцы! – отрубил Элий Антоний. – А ты тихо следуй за ними. Вот найдут они золото – тогда только и действуй. Хочешь – убей их, хочешь – просто обдури, мне всё равно, лишь бы золото Децебала попало в мои сундуки! Тебя я знаю, Змей, потому и посылаю.

«Опасные» тебя не испугают, а к золоту ты равнодушен. И – главное! С тобой поедет мой сын.

– Гай?! – изумился Эльвий. – Клянусь Юпитером, вот это новость! Пожалей мальчика, превосходительный! Он капризен, как девушка, он изнежен и слаб! Его руки предпочитают мечу и веслу стило и гребень!

– Вот поэтому я и посылаю его с тобой, – сказал Элий Антоний с напором.