И залпы башенных орудий…

 – Не о том думаешь… Гумм, давай!

Гумм-на-Взат длинным пальцем прижал усик спикера и заговорил:

– Сса цззо! Х-хо ссуа осс тсса!

– Цзо сса! – откликнулся невидимый капитан себумского эсминца, веретенообразный корпус которого четко выделялся на фоне алтианской облачности. – А-тсс ссам ссуо!

– Он приветствует с-собрата по оружию, – перевел Гумм. – Что ему с-сказать еще?

– Спроси, – сузил глаза Середа, – все ли поселки и гарнизоны хомо они зачистили?

Гумм спросил, так сильно открывая клювообразный рот, что стал виден режущий роговой край нижней челюсти.

– Ссоа х-хао, а-тсс! – ответил себум. – Аиу схо-схо сса ассаф х-хомо, ас-су суо тасс!

– Он говорит, – заволновался Гумм, – что южная баз-за хомо была атакована с-с орбиты, но дес-сант туда они не выс-саживали.

– Очень хорошо. Скажи, что мы сами зачистим южную базу!

– Сса ассаф х-хомо, – передал Гумм, – А-тсс соа хао, тасс суа сса!

– Ис сиу, а-тсс! – просвистело в селекторе. – Ус-сум х-хомо сса, ассаф!

Зеленый огонек погас.

Гумм отвалился в кресле и выдал перевод:

– Они выразили радос-сть, благодарнос-сть и пожелания вс-сеобщего оптимала!

– Огромное им спасибо, – серьезно проговорил Середа. – Так, конец связи! Всем боевым постам – готовность ноль! Даша, Лена, Чак! Подготовить госпиталь и жилые отсеки! Выходим на орбиту, курс – южная база!

С орбиты Алта уже не казалась темно-синей. На панорамном экране проплывали коричневые равнины, кое-где прорезанные складками красных гор. Реки и озера казались почти черными, с золотистым отливом, моря на крайнем севере и юге приобретали свинцовый цвет, а в тропиках – густо-аметистовый.

На Алте было девять материков, северная база землян располагалась на самом крупном, размером с Бразилию, а на юге колонисты облюбовали субтропики и обосновались на континенте Кьюри величиной с Мадагаскар или Борнео.

Опорную станцию базы Середа высмотрел сразу – ее отмечали два вытянутых белых треугольника. Так из космоса выглядят лесные пожары.

– Снижаемся!

Крейсер пошел на спуск, Григорян и Шанкар напряглись за пультом, держа пальцы на контактах биоуправления и стараясь закончить переход в стационарное состояние как можно скорее.

Диск перешел в горизонталь и понесся над обширной равниной, унылой и безрадостной, как земные торфяные болота. Внизу мелькали осклизлые гряды бурого камня, покрытые извилистыми космами грязно-коричневой поросли – длинными, стелющимися клоками и плетьми, вытянутыми по ветру.