Целитель-8

Струйка ударила в днище с гулким звоном, забила колокольчиком. Полчайника хватит, а то не донесу…

По дороге я замер, глядя, как на западе, за пильчатой линией леса, догорает багровая полоса.

– Всё будет хорошо! – мои губы бросили угрюмый вызов закату, и тот угас.

Глава 5.

Пятница, 7 апреля. День

Тегеран, район Эвин

Вертолет ревел и грохотал, угнетая сознание. Рехаваму Алону чудилось, что обе лопасти вот-вот сорвутся и усвистят в дымку над улочками.

«Ломье винтокрылое…»

Внизу проползали крыши, деревья, дворы, а впереди, вздымаясь над мутной пеленой смога, зеленели горы.

Вершины подрагивали и шатались, словно вся твердь земная пришла в движение, вызывая тошноту и страх.

«Кончик света…»

Алон поплотнее нацепил шлем с ларингами – без «горшка» вообще никаких переговоров. Разве что жестами. Да еще сам вертолет будто тормошил его – волны крупной дрожи прокатывались по «Хьюи», сотрясая конструкцию, и полковнику было нехорошо.

– Всё в порядке, рабби! – обернулся Ливлат.

Пользуясь ларингофонами, он еще и орал во всю мощь необъятных легких. – Перебрали двигун, задали «вертушке» полный чек-ап!

– Ну, ты меня успокоил… – проворчал Рехавам.

Пилот весело расхохотался, а полковник, насупившись, зыркнул на Ари.

– Готов?

Кахлон, чьи родичи перебрались на Землю Обетованную из СССР, белозубо оскалился:

– Всегда готов! – и похлопал по блоку стволов «Минигана».

Юваль, в сотый раз проверявший лебедку, молча показал большой палец. Норма!

Полковник кивнул, и сосредоточился, подобрался, как леопард перед прыжком – впереди завиднелась бетонная коробка тюрьмы.

Сердце забилось чаще, язык вязало медным привкусом адреналина, но и веселье, бешеное веселье распирало старые косточки. Так с ним всегда было, стоило лишь оказаться на самом краю.

«Я как этот «Ирокез», такое же старье, – мелькнула мысль. – Скриплю, колочусь, но пру вперед!»

– Готовность раз! – крикнул Алон.

– Готовы, рабби!

Вертолет, чуть кренясь, описал дугу – под его облупленным брюхом наклонно плыли тюремные блоки – и завис над двором-колодцем.

Свистящий рокот и вой обрушились вниз, закручивая вихрь – в пылевой метели запорхали сорванные фуражки тюремщиков.

– Майна! – захохотал Ари.

Ливлат плавно, даже нежно повел вертолет вниз – кончики лопастей мелькали в паре шагов от решеток и окон. Юваль откатил дверь, но пульсирующий гром усилился лишь на чуточку. Зато ветер ворвался в кабину, плотный, тугой, почти осязаемый.