Однополчане. Спасти рядового Краюхина

 – Вдруг какая-нибудь хрень инопланетная! Представляешь?

– Господи, да обычная железяка…

– Ага, обычная! Столько лет простояла и хоть бы что! И откуда мы знаем, что она вся на виду? Может, это только верхушка выглядывает, а сам портал глубоко под землей скрывается, и он здоровенный, как Спасская башня?

– Вика! Это всего лишь твои домыслы, понятно? Пока что у нас на руках нет ни единого факта, указывающего на какую-нибудь там темпоральную природу объекта. Ну, разве что этот сотовый… Все равно надо сначала все тщательно изучить, а потом уже делать выводы.

– Скучный ты человек, Исаев! Никакого в тебе романтизму!

– Зато в тебе его с избытком… куда ты гонишь? Сворачивай!

– Здесь, что ли?

– Здесь…

Ветеран проживал в панельной девятиэтажке на проспекте Вернадского. У подъезда стояло несколько машин, но «Бентли» среди них выглядел как муравьед среди дворняжек.

– Пошли, Ватсон. Только держись солидно.

– Лифт, конечно, не работает, – проворчал Виктор.

– Ничего, ножками!

– Вот тебе и весь сказ…

Квартира у Краюхина была на четвертом этаже. Позвонив, Марлен долго ждал реакции.

– Может, «Дедус» на даче? – предположил Тимофеев.

– Дед не в том возрасте, чтобы картошку окучивать. О, кто-то идет!

– Кто там? – послышался старческий голос.

– Откройте, Пал Иваныч! Это Марлен!

Звякнула цепочка, и дверь приоткрылась. Краюхин был в пижамном халате.

– Мы вас разбудили, наверное?

– Какие пустяки, – отмахнулся старик.

Исаев с Тимофеевым переобулись и прошлепали в тесный «зал», обставленный по традиции – справа «стенка», слева диван.

– Присаживайтесь. Узнали чего?

Марлен сделал знак Витьке, чтобы помалкивал, и осторожно выложил:

– Мы нашли телефон Михаила – в землянке, где… хм… каркас. Телефон пролежал там лет пятьдесят, точно.

Краюхин сильно побледнел.

– Больше, – глухо вымолвил он. – Семьдесят пять.

– Рассказывайте, Павел Иванович, – выдохнул Исаев.

Старик вздохнул.

– Прежде всего… Вы уж простите, что не все рассказал, да вы мне просто не поверили бы. Верно? Ну, вот… Это еще на Первое мая случилось. Прибежал Мишка и радостно так – нашли мы, говорит, твой лагерь, дед! Мы тогда, в сорок первом, отступали от Смоленска, выходили из окружения. Нас набралось человек сорок – артиллеристы были, пехотинцы, танкисты. Мы пробивались к линии фронта, а я и скажи ребятам – здесь, говорю, на Стомети, лагерь стоит.