Однополчане. Спасти рядового Краюхина

Качнувшись, он остановился в каких-то метрах от замеревшего Исаева. Клацнул передний люк, и из машинного нутра выглянул потный механик-водитель.

– Тебе что, повылазило? – заорал он.

Тут же открылся люк на башне, и показался офицер в фуражке.

– Красноармеец! – властно окликнул он. – Ко мне!

Исаев тут же подбежал, глянул снизу вверх – и узнал офицера. Это был тот самый мужик с фотографии. Качалов.

– Товарищ генерал-лейтенант! – крикнул Марлен. – В Старинке немцы! Вот!

В доказательство своих слов он показал «шмайссер».

Качалов усмехнулся.

– Немцы тебе сами его дали?

– Да не-е, я их офицера… того… штыком. Патроны кончились.

– Окруженец?

– Так точно… то есть да![3 - Фразы «Так точно» не было в Уставе, по крайней мере до 1943 г.]

– Залезай на броню!

– А нас двое!

– Вот вдвоем и залезайте.

Марлен живо залез на танк, радуясь хоть какой-то безопасности. Танк все-таки!

Тимофеев вскарабкался следом.

– Ух, здорово!

– Ты держись.

«Тридцатьчетверка» дернулась и покатила, переваливаясь на ухабах, а Исаев ощутил вдруг чувство некоей причастности ко всему – к этому танку, к лесу, к земле вокруг, к стране, которую в его окружении стеснялись звать родиной, к тем людям, что не стыдились любви к отчизне и бились с врагом.

А он – с ними! Он – один из них, и только что убил немца…

«А я его сюда не звал!»

Танк между тем, одолев лесную дорогу, выехал к командному пункту на опушке леса. Дальше стелилось поле, по нему шли танки – наши, «Т-34» и тяжелые «КВ», – а по ним вела огонь немецкая артиллерия.

Взрывы так и бухали, выбрасывая тонны земли, мешая пыль с клубами дыма. Три или четыре танка горели, но и на стороне противника тоже коптило чадом.

Качалов покинул «тридцатьчетверку», и к нему тут же подскочил местный краском – красный командир. Понятие «офицер» пока что было не в ходу.

– Командир 207-го танкового полка Агафонов! – отрекомендовался он.

– Вольно, Агафонов, – отмахнулся командарм.

 – Что, никак?

– Бьемся, товарищ генерал-лейтенант!

– Я вижу… Бурков где?

– Здесь, товарищ генерал-лейтенант!

– Зови его.

– Есть!

Агафонов послал за командиром дивизии, и полковник Бурков не заставил себя ждать.

– Докладывай, Василий Герасимович, – устало сказал Качалов.

– Немцы подогнали крупные силы, Владимир Яковлевич, – нахмурился комдив. – Наши танки идут одни, без пехоты, поэтому в восточном направлении не прорвались.