Однополчане. Спасти рядового Краюхина

 – Дрёмов!

Подбежал молодой подполковник без фуражки – его голова была обмотана окровавленным бинтом.

– Командир 729-го стрелкового полка Дрёмов! – отчеканил он, завидев командующего армией.

– Не тянись, – махнул рукой Качалов. – Забирай этих и готовься. Вот что, Александр Алексеевич, попробуем-ка мы объегорить немцев – перейдем Остёр у шоссе. Знаю, что у тебя мало людей, да что ж делать-то… Война! Сделаем так – пускай 149-я выступает потихоньку, а твои прикроют отход. Гаубичный полк тоже отведем, и артиллеристы прикроют вас.

– Все понял, Владимир Яковлевич, – серьезно сказал Вольхин. – Сделаем.

– Ну, давай…

Дрёмов поманил Марлена к себе, замечая у того «шмайссер».

– Трофей?

– Ага! Добыли в Старинке.

– Молодцы. Звать как?

– Марлен Исаев!

– Виктор Тимофеев!

Комполка кивнул. Похоже, что он просто отдыхал, пока вел беседу с бойцами.

– Служить будете в 1-м батальоне старшего лейтенанта Агафонова, во взводе младшего лейтенанта Лапина. Якушев! Ты к своим?

– Да, товарищ командир! – откликнулся кряжистый красноармеец.

– Вот тебе в подмогу, будут в вашем взводе.

Якушев глянул на «мажоров» и махнул рукой.

– Пошли!

Подхватив два ящика патронов, трое рядовых направились к окопам. Под защитой холма они поспешали в полный рост, затем, сильно пригнувшись, а потом и вовсе ползком, не поднимая головы – пули так и свистели.

Марлен полз по траве, присматривая за Витькой, и мало о чем думал. Трудное это дело – думать, когда пластаешься по горячей земле, в тебя стреляют, а ты еще тяжелый ящик пихаешь перед собой.

Неожиданно оказавшись рядом с залегшим Якушевым, Исаев спросил:

– Слушай, а какое сегодня число?

– Забыл, что ли? – хмыкнул визави.

– Запутался! – честно признался Марлен. – Пока от Смоленска шли, все в голове перемешалось.

– А, ну да. За неделю-то! Четвертое с утра.

Марлен обернулся, ловя взгляд расширенных глаз Тимофеева. Опять время шутить вздумало? Нет, это, конечно, хорошо, что август на дворе, а не октябрь.

И ничего непонятно…

– За мной! – скомандовал Якушев.

Согнувшись в три погибели, все трое кинулись по промоине, обегая позицию 45-миллиметровых пушек, и спустились в траншею.

Навстречу им, пригибая голову и придерживая рукой пилотку, двигался младлей, о чем свидетельствовал один «кубарь» в петлицах.

– Притащили? Норма-ально! А это кто?

– Товарищ подполковник к нам направил.