Позывной: «Москаль». Наш человек – лучший ас Сталина

Полковник вцепился пальцами в его загривок, наклоняя еще ниже, перехватывая руку со свинчаткой и заламывая ее – «командировка» в Китай кое-чему научила Рычагова, а тело «запомнило».

– Не мешай, когда дяди разговаривают, – сделал внушение Иван, отпуская громилу. – Шестери в сторонке и не лезь.

«Помощничек» дернулся было, но Мастер подал знак, и тот угомонился.

– Чую, не простой ты фраер… – протянул сапожник. – Ладно. Помогу, но учти – останешься без штанов! Ксива нынче стоит дорого.

– Сойдемся в цене, – усмехнулся Жилин.

– Буба, – подозвал Мастер хмурого «помощника», – проводишь его к Седому, скажешь, от меня.

– Пошли, – буркнул Буба.

Он привел Ивана к лавке еще одного кустаря-одиночки.

Седой и вправду был бел как лунь. Зажав лупу глазом, он кривил рот, ковыряясь в механизме часов.

– Седой, этот – от Мастера, – представил Жилина «помощник» и независимо удалился.

– Чем могу-у? – пропел часовщик, ловко починяя изделие Павла Буре.

– Нужно два паспорта, на меня и на во?он ту женщину.

– Все?

– Желательно, пистолет или револьвер.

Седой кивнул. Тут как раз шестеренка встала на место, и часы мелодично прозвонили.

– Превосхо-одно… – пропел часовщик и поднялся.

Порывшись в дальнем углу, он обернулся, посмотрел на Ивана, словно фотографируя, перетасовал целую стопку документов и выбрал самый подходящий.

– Будете Рамзаном Бехоевым, – сказал он, протягивая Жилину потрепанный паспорт.

На фото был запечатлен усатенький молодчик, чернявый и мрачный, словно обиженный.

– А вот дама ваша… Хм! Волос уж больно короток… А попросите-ка ее сюда.

Иван выглянул из лавки и сделал знак Марии. Женщина подошла к лавке часовщика, рассеянно оглядела будильники, хронометры и прочие приборы и лишь затем вошла внутрь.

– Доброе утро, мадам! – пропел Седой. – Извольте примерить.

Он протянул Маше светлый парик, и та неуверенно натянула его на голову. Покривилась.

– Да вы не беспокойтесь, он чистый.

Жилин с интересом посмотрел на свою подругу – в обрамлении светлых волос до плеч она стала неузнаваема. Мало того, в «майоре авиации» появился некий шарм.

– Больше не стригись, – улыбнулся Иван. – Тебе так идет.

– Да?

– Ваш паспорт, мадам, – прожурчал часовщик.

– «Светлана Славина»?

– Да, Светочка, – усмехнулся Жилин и вытащил из кармана Машины серьги. – Этого хватит?

– Ну-у… – затянул Седой.

Иван молча добавил перстень.