Первопроходец. Бомж с планеты Земля

 – Так не бывает…

Но оно было! И что это за солнце? Малюсенькое, белое… А эти прочерки белесые в высоте? Метеориты? Я где, вообще?

– Построиться! – разнеслась команда, и гвардейцы забегали, матами, тычками и пинками выстраивая бомжей в подобие рядов и шеренг.

Появился поджарый офицер в лихо заломленном берете, скучающим взглядом обвел строй и неожиданно зычным голосом заговорил:

– От имени и по поручению координатора колонии «Новая Украина» я приветствую вас на планете Манга! – понаслаждавшись нашим обалделым видом, он выдержал «мхатовскую» паузу и продолжил тем же официальным тоном: – Почему – Манга, узнаете на закате, а где именно в Галактике она находится, я не знаю, а вам и не положено.

Вы прибыли сюда через портал в ходе планового оргнабора колонистов. Проезжали вы такие ворота, фигурные будто? С чем я вас и поздравляю. Кстати, хочу вас обрадовать – если кто из вас был болен туберкулезом, сифилисом или еще какой гадостью, то теперь вы здоровы – портал уничтожает микробов начисто. Видать, чтобы не занесли сюда заразу с Земли…

Тут к офицеру подбежал некий мелкий чин, лихо козырнул и сообщил, что машины поданы. Поджарый важно кивнул и дал отмашку:

– Сортируйте – и вперед, на отработку!

Сортировку гвардейцы провели в темпе – видать, натренировались, набили руку. Ну, и ногу тоже.

Всех больных и старых погнали налево, здоровых и молодых – направо. Немногих женщин направляли вслед за стариками и недужными.

– Саша-а! – закричала Марина. – Я боюсь! Я не хочу!

Мысленно застонав, я обернулся, продолжая шагать спиной вперед, увернулся от приклада, и развел руками.

Дескать, наше время не пришло.

Девушка бросилась было ко мне, но парочка гвардейцев мигом перехватила ее, и Кириллыч поспешно отнял у них «Снегурочку», утешая, как внучку. Пока, «Дед Мороз»…

Старый будто слышал мою мысль – он поднял руку увлеченно гладившую Марину по голове, и помахал мне. Мол, все будет хорошо, и даже лучше.

Я развернулся и пошагал к грузовику.

Полторашка шкандыбал следом, уныло матерясь.

А во мне даже злости не было. Все окружающее продолжало казаться сновидением. Чудилось, что видимое мною вокруг вот-вот заколеблется и расплывется, явив взгляду холодные, припорошенные почерневшим снегом закоулки промзоны.

Но нет, не рвалась ткань мироздания, и не линяла даже…

Спотыкаясь, бомжи перешли пути, за которыми серела асфальтом неширокая дорога, занятая колонной грузовиков с кунгами.