Гридень. Из варяг в греки

Мне, конечно, далеко до печенега, джигитовке и прочим штучкам не обучен, но по сравнению с варягами я – истинный кентавр.

И когда гнедок заржал, вставая на дыбы, я его живо укротил.

Конёк попрыгал, покрутился, пофыркал и успокоился, поняв, кто главный. А я все это время сидел как влитой, небрежно удерживая равновесие. Герой родео, в общем.

Достав из котомки вчерашний пирожок, я дотянулся и скормил вкусняшку гнедому. Животина отказываться не стала.

Когда я угощал коняшку, то краем глаза приметил – князь со своими переглядывается.

Видать, мои показательные выступления оценивали. Судя по всему, я получил высокие оценки.

«Шесть-шесть, шесть-пять, шесть-шесть…» – как в любимом мамулькином фигурном катании.

Стряхнув крошки, я перевел взгляд на князя.

– Благодарю, княже, добрый конь.

Тот кивнул, улыбнулся и махнул рукой:

– Едем, братие!

Бритоголовый Рогволт, не покидая седла, подхватил Ингоря Рюриковича и усадил с собою. По одному все конные проехали узкой тропой, миновали мост, а на том берегу дорожка раздалась в добрый шлях.

Незаметно я оказался рядом с князем. С минуту Олег выдерживал паузу и лишь затем спросил, не поворачивая ко мне головы:

– Ты говорил, что служил в большом войске…

– Да, княже. Тем войском командует выборный король, как конунг у нурманов. Путила – так его зовут.

– Во! – удивился Рогволт, оказавшийся поблизости. – Знавал я одного Путилу!

– Не перебивай, Рогволт, – досадливо поморщился Олег. – Так как же Путила собрал большое войско?

– А вот как, – продолжил я открывать секреты.

 – Была у него поначалу дружина, как у всех окрестных владык. И вот решил он собрать настоящие вооруженные силы. Чем они отличаются от дружины? А тем, что служат всегда, каждый день. Когда идет война – воюют, а когда мир – проводят учения. Это как бы война понарошку, чтобы боевой навык не растерять. И сказал выборный король своей дружине: «Каждый из вас отныне поведет войско! Вы – самые опытные и знающие, будете теперь, как я над вами, над своими десятками и сотнями!»

И вот каждый десятский набрал себе десяток ополченцев-воев из охочих людей – молодых парней, имевших тягу к воинскому делу.

Каждый день он гонял своих добровольцев – они и бегом бегали, и силушку себе добавляли, тяжести таская, боролись, стреляли из лука, метали копье, бились на мечах да секирах. И через год Путила построил свое большое войско…

– Так не бывает! – сказал Олег с разочарованием.

– За год! – фыркнул Рогволт.