Последний поход

Стало понятно, что главный инженер заповедника ушел с какими – то гостями заповедника – или «высокими», или «далекими» – показать краснокнижных козлобаранов – «Джимов», которые живут на скалах «Щек». Каждое утро и вечер тысячными стадами спускаются ( в семидесятых годах) к воде, напиться, и часто – подпускают на выстрел с картечи, ну а с казенного карабина – сколько надо,

– столько егерь и соберет. Если схватить его за «шкирку», – конечно же, у него в кармане окажется лицензия – на «санитарный отстрел нескольких особей для научных целей».

И нам всем, кажется, что это не таежник, добывший мясо для пропитания семьи, а яростный браконьер, желающий угостить проверяющих свежим шашлыком у вечернего костра, на берегу Енисея. Имея в своем белом катерке «Прогресс» – джима – он просто счастлив будет нас здесь увидеть. Егеря тут в роли тещи, из анекдота: пьяный муж кричит на жену – «в своей квартире – что хочу! Хоть с женой сплю, – в одной комнате – хоть с тещей!» Теща, входя на кухню, – «Не спорь доченька. Он в доме хозяин!»

Мы решили уйти на другой берег, километра на два ниже по течению – в речку Карынсуг, и там – заночевать.

5.

В те времена ГЭС строилась, и каждый год отметки подъема воды – повышались к осени. Но до полного верха, Саяно-Шушенского водохранилища, – оставалось еще метров восемьдесят или сто.

На этой отметке, на верхотуре, отсвечивая голыми боками, – стояла чья то новая охотничья избушка. Мы с Вовкой решили ночевать в этой избушке.

Григорий сказал, что он ночевать будет своей лодке «Тюменке».

И куда-то отплыл – в другое место, метров на пятьсот.

Ну а мы – поставили сеть в заливе Карынсуга и полезли в гору, в охотничью избушку.

Все детство мы, мотаясь, по порогам и речкам – никогда не ставили сетей, и не имели их. По разным причинам. Но теперь – когда реки уже нет, одно водохранилище с сорной рыбой – не грех и сетки кинуть.

Щука в первые годы заполнения – плодилась как на дрожжах. Посолить пару ведер в зиму – это не хариус, но хоть что – то!

Видимо у Григория оставалось немного спиртного, и поднимать его на общее обозрение было бы –опрометчиво! А ночевать без спиртного, осенью в железной лодке, этот потомственный таежник – уже не спалось.

Не в обиду ему это будет сказано, просто мы так жили, и так общались.

Маленькая новая избенка, стояла на краю обрыва – задней стеной.

Енисей в августе

Охотник уже завёз продукты туда: – крупы и макароны, мешки сухарей.