Саяны. Ангел «Большого» порога

«Что делать то, как „отмазаться“?» Взял в руки грязный стакан, поднёс ко рту, отвернулся от стола, сделал вид- что сделал пару глотков, – и поставил стакан на стол. Сказал – спасибо мужики, и объяснил, что мне надо. Тракторист парень молодой, года двадцать два, встал, пошёл со мной. Завёл свой красивый трактор, шмыргалкой – из кармана, подъехал к столбу, на углу поворота линии, который, казалось мне, быстрее свалится под тяжестью двух пролетов проводов и – радиатором кинулся на бетонный пасынок.

С первого раза – опора устояла! Уехал назад метров на пять, поехал опять «мордой» на столб! Я просто одурел от подобного! – Ну каким надо быть идиотом, что бы радиатором машины наезжать на бетонные препятствия? Или быть очень умным, специально это делать? С третьего раза облицовка продавила радиатор, и тот – наехал на вентилятор. Ударил столб пара, из – под капота. Тракторист заглушил двигатель, не отъезжая от опоры, спокойно вылез, и пошёл в третий дом от поворота – допивать свою самогонку. Ошарашенный, раздавленный произошедшим, я пошёл к управляющему. Объяснил – что произошло. Он отправил меня ко второму трактористу. К моему ужасу, второй тракторист сделал тоже самое! Спросил, какую опору надо свалить, сходу, как ехал, ударился «мордой» оранжевого, красивого трактора об указанную мной опору. Пошёл пар из – под капота, затрещало – затарахтело! Он заглушил трактор, пошёл куда-то, – по своим делам. А других тракторов в этой деревне не было. В этот день, значит, работа закончилась. После обеда приехали врачи санэпидемстанции, из районного центра – читать нам лекцию. То, что они прочитали, у нас в головах не укладывалось. Они объяснили, что восемьдесят процентов людей в данной деревне болеет хроническим сифилисом! (Мы тогда считали, что сифилис – вообще смертельная болезнь, неизлечимая. Наверно, в то время, – так и было?)      И – сорок процентов жителей этой деревни – болеют хронической дизентерией! Не излечимо. Зачитали пофамильно, – с кем не надо вступать ни в какую связь! Нас шокировало и то, что эти врачи не считают за людей – жителей этой деревни: по – фамильно, поименно, с номерами домов, выдавая медицинскую тайну, и не лечат этих людей. В то же время, меня передёрнуло от того, что я пил из грязного, заразного стакана или хотя бы брал в руки этот стакан, а может быть, – даже «коснулся губами» к этому стакану с самогоном, в такой эпедемичной ситуации.