Правило волков

Олег скроил повинную физиономию:

– Извини, не рассчитал…

«Да всё ты рассчитал!» – мысленно ответил Карен, понимая, что номер с показательным и техничным унижением разыгран неспроста, а вслух ответил, скрывая страх за бодрой улыбкой:

– Чего извиняться, это я не среагировал – теряю форму. Старый стал, неуклюжий…

Жестом Стас пригласил Карена и Олега устроиться у низкого стеклянного столика. Достав из бара коньяк 15-летней выдержки и три широких бокала, он щедро плеснул в каждый.

– «Праздничный», отличный армянский коньяк, рекомендую, – сказал он, но сам бокала не взял и не присел к столу. Отойдя на пару шагов, он скрестил руки на груди.

Слегка дрожащей рукой Карен схватил бокал и одним махом его осушил. Олег тоже взял коньяк, но прежде чем попробовать, поболтал его перед носом, вдыхая аромат дорогого напитка.

– Ну, рассказывай… – вопрос Стаса прозвучал почти безразлично.

Карен уже немного успокоился, коньяк приятно согрел горло, вливая какое-то умиротворяющее чувство.

– Да я же говорил: Рубцов, гад, забуксовал. Подпись не ставит.

– Забуксовал? – Стас поморщился. – Это у вас, у думских, такой жаргон?.. А что, ты разве с ним не поговорил?

– Ну да, мы всё перетерли. Две недели комитет тему обсуждал: всё путем, участок согласовали. А сегодня утром – здрасьте, приехали! – он обратный ход включил.

Слушая депутата, Стас опять досадливо поморщился, но ничего не сказал, ожидая конца тирады. Карен умолк, выжидающе глядя на хозяина, но тот долго не открывал рта. Прошла минута, прежде чем он заговорил:

– Хорошо, что ты предлагаешь? – голос был спокойным, и Карену вдруг подумалось, что всё не так плохо, как казалось поначалу.

– Надо на него нажать, Стас! – уверенным тоном заявил он.

– Нажимай, – безразлично пожал плечами хозяин.

– Я?! – забыв, с кем разговаривает, возмущенно выкрикнул Карен.

То, что произошло дальше, не могло ему присниться даже в самом страшном сне. Буквально в одну секунду только что вальяжно попивавший коньяк Олег неуловимым движением выхватил из-за спины пистолет, ткнул дулом в лоб Карену и дважды нажал на курок… Только вместо грохота выстрелов прозвучали два негромких щелчка.