Право талиона

– Имеешь такое намерение? – усмехнулся собеседник, усаживаясь на место.

– Жора, ты же знаешь, что это непредсказуемо. Как масть пойдёт. Заказал уже?

– Нет, только воду. Тебя ждал.

Иван повернулся в сторону появившегося словно из-под земли официанта, и, не обращая внимания на опустившееся перед ним меню в кожаной папке, приказал:

– Водки пятьсот, соленья, сало и ржаной хлеб. Только в темпе.

– Минуту, Иван Алексеевич, – склонил голову официант и мгновенно испарился.

– Любят тебя здесь, – хохотнул Жора, открывая меню.

 – Уважают.

– Чаевые они мои уважают. Ты, я смотрю, Жора, совсем забурел. Костюмчик, похоже, аглицкий, тыщи за полторы баксов, ботиночки модерновые… Камуфляж, поди, забыл когда и надевал?

Жора нежно провел пальцами по рукаву пиджака эталонного кроя, нарочито оскалился и вкрадчиво уточнил:

– Ты, Ваня, мне комплимент сейчас сделал или подколоть пытаешься?

– Не напрягайся. Действительно, выглядишь на миллион. Ты у Дениса в каких чинах?

– В тех же, Ваня.

За год, что не виделись, ничего не изменилось. Должность у меня – советник, а по факту молодёжь в ЧОПе натаскиваю. Тренирую охрану по мере сил слабых.

Человек в кресле недоверчиво прищурился, осматривая поджарую фигуру собеседника.

– Прибедняешься, или вправду ослаб? Так с виду не скажешь.

– Прибедняюсь, Ваня. Всё нормально. Как сам? Как бизнес?

– Грёбанная война. Тяжело стало, связи нарушились к чертям. Прокат за бугор не идёт, а в России он никому особо не нужен.

Пулемёты, танки, ракеты нужны. Трубы для нефтянки кое-как берут, но, думаю, и тут будет сокращение закупок. Нужно что-то менять.

– Не война, а спецоперация, – перебил его Томилин, саркастически усмехнувшись.

– Да хрен с ним. Как ни назови, всё равно полная жопа. Скорее бы всё закончилось и пофиг с каким результатом.

– Пофиг на результат?! А как же патриотизм? – хитро прищурился Жора.

– Пофиг! И не говори, что у тебя другое мнение.

– Представь себе. Когда Отечественная началась, один белоэмигрант, герой русского подполья в Италии, сказал: «Я не белый.

Я не красный. Я русский!»

– Что ты хочешь сказать?!

– Что как бы я ни относился к нынешней власти, но страна должна победить. Я и Ленина за подобное не любил, даже когда ему дифирамбы пели. Так что исход войны по-ленински мне не подходит.

– Не подходит – так возьми автомат и в окопы!

– Нет, я в такие игры больше не играю. Я могу воевать только за то, во что верю.