Высшая ценность

Затем скомкал испачканный оружейным маслом кусок простыни, на котором чистил оружие, и зашвырнул комок в угол гостиной. Посмотрев на часы, он двинул в прихожую и поднялся по лестнице на второй этаж. Адвокат звонил час назад, а значит, минут через десять должен прибыть на дачу. В ожидании гостей Закир всегда занимал наблюдательный пост у окна второго этажа, оттуда улица просматривалась практически во всю длину и можно было следить за прибывающим транспортом. Всё должно идти по плану. Гостей ровно столько, сколько объявлено по телефону, и машин соответственно.

Если бы что-то поменялось без предупреждения, Закир просто ушёл бы со своим напарником через запасной выход. Он не доверял никому и всегда жил в ожидании предательства и измены.

Уже стемнело и вдоль центральной улицы посёлка зажглись редкие фонари. Наконец вдалеке мелькнул свет автомобильных фар. Машина медленно приблизилась, поравнялась с их домом и остановилась у ворот. Закир продолжал следить за улицей, но всё было спокойно.

Открылась водительская дверь внедорожника, Адвокат ступил на землю, сделал несколько шагов к калитке, и в тишине дома прозвучала резкая трель звонка. Закир сбежал по лестнице вниз, коротко кивнул вопросительно посмотревшему на него Аюбу, и тот нажал кнопку на домофоне. Через несколько секунд раздался звук открывающейся входной двери, послышались размеренные шаги, и в просторную гостиную вошёл Шмидт. Он приблизился к столу, не присаживаясь бросил на него пухлый конверт и коротко сообщил:

– Здесь половина.

Завтра в десять за вами заедут Клим и Макар, рассчитаются и перевезут вас на новое место дислокации.

Закир невольно скривил лицо. Он терпеть не мог манеру Адвоката вворачивать в свою речь армейские словечки. Шмидт когда-то служил заместителем командира десантно-штурмового батальона, воевал в Чечне, чудом избежал трибунала после скандальной зачистки одного из сёл, но в итоге был просто выдворен из армии. Это было очень давно, но привычка к армейскому жаргону осталась.

Чеченец знал его историю. Её в пьяном бреду поведал ему один из бывших сослуживцев Шмидта, когда они с братом проходили подготовку на подмосковной базе ЧОПа. Возможно, в горах Кавказа Закир и Адвокат даже глядели друг на друга через оружейные прицелы. Этот рассказ не вызвал у чеченца никаких особых эмоций и дополнительной ненависти к Шмидту, поскольку его ненависть ко всем, кто движется на двух ногах, и так уже достигла возможного предела.