По ту сторону воздуха

Он оказался в другом мире. Возможно, в другом времени. Хорошо хоть не на другой планете. Хотя последнее никакой роли уже не играло.

Белобородый Керал что-то негромко сказал, и Сергею подали ещё одну чашку с вином. Он выпил её одним глотком и поставил на песок.

– И что же мне теперь делать? – спросил он.

– Плыть по течению, – Керал улыбнулся, обнажив кривые как сабли и желтые зубы. – Твоя судьба предрешена. Ты сделаешь то, что предсказано.

Сергей подался вперед, нависнув над достарханом:

– А если я не захочу ничего делать?

Дедуган перестал улыбаться, спрятав зубы-сабли.

– Дело не в твоём желании, – сказал он. – И даже не в твоих возможностях. Если уж в пророчестве Аргули сказано, что медноволосый странник придёт и возродит его к жизни, то ты это сделаешь.

«Бред какой-то! – думал Сергей, разглядывая старикана. – Может, я сплю? Напился с Антоном до глюков и вижу сон? Может, мне резьбу сорвало? Так сорвало, что и не наживишь больше… Так пить больше нельзя!»

Но Керал так не думал.

– Ты должен окрепнуть, восстановить силы, а потом я покажу тебе место, где покоится Аргули. Ты должен его оживить, – восточный дедуля говорил это таким тоном, будто надо было просто ранку йодом смазать, а не оживить человека.

– Я даже не врач, – сказал Сергей. – Я программист. И уж тем более у меня нет опыта оживления умерших людей. Не умею я шаманить.

– Ты сделаешь это! – Керал поднялся на ноги. – Сейчас тебе надо отдохнуть. Завтра мы увидимся.

Белобородый старпер что-то гаркнул на аборигенском языке и Сергею налили ещё одну чашку вина. Сделал глоток и заметил, что вкус напитка чуть изменился. К кисляку прибавился сладковатый вкус и странный запах… Отпил ещё немного, после чего руки ослабли, и чашка полетела в песок. Перед глазами поплыл разноцветный туман, и Сергей без сил упал, ударившись затылком о стену. «Меня отравили!» – мелькнуло в голове, но ничего сделать уже не смог.

***

…Однажды, когда он вернулся домой, то увидел, что квартира опустела.

Не было ни Дашкиных вещей, ни мольбертов. Остался только тонкий запах ее парфюма и один холст, натянутый на подрамник, и подготовленный для новой работы. Жирными мазками красной краской на нем было написано:

«Я ухожу я не могу больше терпеть у меня не хватает сил мне страшно рядом с тобой, прости…»

Утром Дашка увидела, как Серега, став полупрозрачным, едва не совершил путешествие в иной мир.