Моя Мерлина

Господи, уже только ради одного этого детского поцелуя можно было бы торчать с зареванной женщиной в одной комнате. Нет, я не сказал бы, что общение с Кирой мне пришлось в тягость. Наоборот, я даже рад, что мы сблизились. Просто я не знаю, что еще сказать… Мерлина меня поцеловала!

Обстановка в доме Романа трансформировалась из тягучей и тусклой в радостную и энергичную. Так всем нравилось больше. Алкоголь, громкая музыка, сигаретный дым. Честно говоря, для меня это было перебором, такое пьяное времяпровождение, но раз уж другого способа находиться рядом с любимой у меня не было, приходилось мириться.

Я чувствовал, как превращаюсь постепенно из серьезного успешного взрослого мужчины в какого-то бестолкового прохиндея, живущего одним днем, причем жизнь эту свою прожигающего. Пока я был еще не совсем пьян, хотелось пригласить Мерлину в следующий раз на трезвое общение. Только было не время, она-то уже была хороша. Из-за всего этого осознания алкоголь в меня уже не лез. Это и мое состояние в целом заметил Роман.

–Боишься за печень? – саркастировал он, подсаживаясь ко мне за стол.

Я молчал, не знал, что ответить.

–Я вот сегодня не пью,– продолжил он.

Я осмотрел его, убедившись, что извечно грустные глаза его были действительно трезвы.

–Ну раз ты не пьешь, тогда зачем тебе в доме все эти попойки? Неужели ребятам больше некуда пойти? У Мерлины, например, тоже своя квартира.

Рома откинулся на спинку стула и уставился в потолок.

–Не в том дело,– отвечал он, – у всех ребят есть свое жилье.

У каждого разное, но есть. Это, скорее, некий симбиоз. Я предоставляю им хату на попойки, хотя они не алкота какая. Зато тут своя атмосфера отрешенности, которая нужна каждому из них. Здесь можно все. Своеобразный Вегас, в котором остается все происходящее. Только маленький и грязный.

–Не такой уж и маленький, – усмехнувшись, перебил его я.

–Спасибо,– Рома принял мой комплимент по поводу размеров свое квартиры и продолжил. – В общем, тут они получают то, что им нужно. А я в свою очередь не остаюсь один.

Боюсь одиночества. Такой своеобразный энергетический вампиризм. Мне нужны люди, иначе я боюсь, паника наступает от чувства ненужности. Со странностями я, да?

Я хотел было что-то ответить, но Рома не дал, тут же продолжив свою речь после риторического, как оказалось, вопроса:

– В общем, эти пятеро – люди, которые не меняются, находятся тут постоянно. Но есть и переменные. Всех подряд к себе пускаю, на кого душа чуть облокотится.