Капитаны в законе

Капитаны в законе

Валерий Иванович Елманов

Историческая авантюра (Крылов)

Два российских капитана полиции, угодившие в XIV век, попали на службу к тверскому князю Михаилу Ярославину. И оказались в самой гуще борьбы Москвы с Тверью за великое княжение. Московский князь Юрий Данилович в борьбе за власть не гнушается ничем, включая любую подлость. Против таких методов справедливость и правда бессильны. К тому же на стороне Юрия – хан Орды Узбек. Михаилу Ярославичу грозит смертная казнь.

И тогда вступают в игру капитаны.

Задача непроста: выручить своего князя, скомпрометировать Юрия и устроить первый крупномасштабный разгром Орды. Они знают – в случае неудачи не сносить им голов. Однако операм не привыкать ходить по лезвию ножа. К тому же риск – благородное дело. Особенно если он – ради благородного дела…

Валерий Елманов

Капитаны в законе

Всем истинным патриотам Великой России посвящается…

Пролог. Псковская осечка

– Мда-а, Раскольников проснулся и сладко потянулся за топором, – уныло констатировал Петр Сангре – стройный синеглазый брюнет лет двадцати восьми, печально глядя на тело убитого человека, раскинувшееся на полу небольшой клетушки в неприметной серой бревенчатой постройке.

Мелькнула было мысль, что произошла ошибка, и зарезанный вовсе не купец Черногуз, за которым Петр вместе со своим другом-побратимом Уланом Булановым прикатил во Псков. Однако, прищурившись, он подметил крохотный, с полвершка[1 - Вершок равнялся примерно 4,25 см.

], шрамик, начинающийся подле левой брови убитого – примета, подсказанная сотником Азаматом. Вторую примету – здоровенную лохматую шапку из шкуры белого медведя – покойный судорожно зажал скрюченными пальцами правой руки. Убийца сработал качественно – на теле имелась всего одна ножевая рана, но смертельная, в сердце.

– Пойдем, здесь нам больше делать нечего, – потянул Петра за рукав пробившийся через толпу зевак Улан – худощавый калмык примерно тех же лет, что и его друг.

Они направились наружу, осторожно, чтоб не запачкаться, переступая через лужу крови подле порога. Ее источник – лежавший на пороге второй труп – успели перенести, аккуратно положив подле стены, и о недавней трагедии напоминали лишь залитый кровью порог да молодая апрельская трава подле него, ставшая из изумрудной багрово-черной.

– Не запеклась, – кивнул на кровь Улан. – Значит, со времени убийства прошло не больше получаса.