Одной смерти мало

 – Ну не сука ли он? А я идиот до сих пор в душе сомневаюсь, правильно ли поступил? Ну, козлина! Даже жалко, что он уже сдох, потому что я бы с удовольствием доплатил, чтобы эта гнида сперва хорошенько помучалась.

Багет еще какое-то время извергал в адрес покойного проклятья, пока не догадался проанализировать услышанное под другим углом.

– Что ж вы сказали этому уроду в ответ на его предложение?

– Согласился. Уж больно заказ интересный. Такими предложениями не разбрасываются. Не каждый день мне предлагают убить такого, как вы, Евгений Семенович.

Багет с интересом посмотрел на киллера, не понимая, шутит он или говорит серьезно.

– Что и задаток взяли?

– Взял. Половину от всей сумы. Ну, как и в вашем случае.

– Теперь можете оставить его себе просто так.

– Профессиональная честь не позволит. Обязательства перед мертвыми весят не меньше, чем перед живыми. Я человек слова.

Бандана на голове байкера стала мокрой от пота, но на его лице не дрогнул ни один мускул. Человек опытный, он бывал в разных переделках и как Женя Горбатый и как Багет.

К тому же там он был вовсе не один.

– Допустим, ты меня убьешь, – голос Горбатого перешел в хрип. – Как же ты тогда вторую половину получишь?

– Боюсь, никак. Придется считать, что у меня акция. Закажите два трупа сразу и второй обойдется вам в полцены.

Пока киллер говорил, Багет поднял согнутую в локте руку и выпрямил сложенные вместе указательный и средний пальцы – знак снайперу, что его хозяин находиться в смертельной опасности.

Ничего не произошло. Он повторил жест, но с тем же успехом.

В руке киллера появился револьвер.

– Погодите, – протестующе замотал головой Багет. – Если вы такой честный верните задаток. Подбросьте деньги Пашкиным наследникам. А я компенсирую вам все ваши издержки. Назовите любую сумму.

– Вы не поняли… Я работаю не только ради денег… Мне нравиться…убирать.

Багет сильно крутнул ручкой газа и резко рванулся с места, поднимая колесами клубы пыли. Ехал он быстро, но недолго. Ровно столько, насколько позволила длина тонкого стального троса, крючок которого уборщик успел зацепить ему за ремень.

Багета в буквальном смысле вырвало из седла мотоцикла, как с помощью привязанной к двери нитки вырывают шатающийся молочный зуб.

Спрятав револьвер, киллер развернул мотоцикл и съехал вниз по тропинке, увлекая за собой тело Багета. Через несколько секунд на шоссе остался лежать только поцарапанный байк. Еще через полминуты перед ним остановилась фура.