Тримедон, Абсестион, Терриспора – Первый

Соски твердели, кожа покрывалась мурашками и плавилась любовью, бисеринки пота появлялись на верхней губе, на пояснице. Я вылизывал их, как потерпевший кораблекрушение в океане слизывает капли утренней росы, мучимый жаждой. Я вылизывал ее всю, не оставляя невылизанным и миллиметрик ее тела. Наверное, она делала то же самое.

Нас мотало на узкой кровати с неимоверной силой. Странно, что мы ни разу не свалились с нее и даже, ни разу ее не сломали.

Нам не нужна была энергия, мы сами были энергией. Два часа Фарцебею пришлось стучаться в собственную, мощную дверь, чтобы вернуть нас в реальность.

Странно было осознать, что прошли не сутки, а почти неделя, как мы вошли в его комнату.

9. Подряд две недели снилась девочка с карими живыми глазами. Снилось, что позвонили в дверь и когда я ее открыл, то увидел ее за спиною женщины маленького роста. Этот сон всегда сопровождался гулкими биениями в груди. Как если бы сердце предупреждало, готовься. И однажды позвонили в дверь. Сердце ухнуло в тартарары, я открыл дверь.

Девочка с живыми карими глазами стояла за спиной своей матери. Время и звуки смешались и куда-то пропали. Реальность превратилась в изумленную нежность. Истома, та самая, из снов, завладела мною, лишила сил. Ноги подкосились от сладкой слабости, и чтобы не упасть, я схватился за дверь и за косяк, лицо горело, во рту пересохло.

Сердце наконец-то вернулось с гулким стуком, и я пригласил их войти.

10. Грачевочка. Жил я тогда за мостом, в дачном поселке.

Народ на лечение вынужден был добираться либо пешком, либо на такси, либо на своем транспорте.

Большеглазым живодристиком эта дылдочка вошла в мою жизнь. От одного взгляда на нее нежностью защемило сердце. Защемило и повело, повело в даль светлую, в темень сиреневую. Пришлось срочно напяливать первый попавшийся умняк, и уже со второй попытки до меня дошло, что это чудо пришло по поводу сколиоза.

Прелесть моей профессии заключается в том, что я раздеваю девушек до трусиков, прикидываясь равнодушным.

И с умным лицом делаю все, что положено делать массажисту, мануальщику и вертебрологу.

Я еще не знал как соблазню ее.

Как правило, она приходила с сестрой, и сестре я делал практически те же процедуры. Сестра была пониже ростом, ладненькая, с большой грудью и округлой попкой.

К концу месяца Анна приходила одна, поскольку лечение ее сестры я уже закончил, а за свою долгую практику так и не научился лечить здоровых людей.