Фабрика одиноких носков

– Кто послал?

– Ааа! Король послал!

Сероглазый положил пистолет на пол и резко ударил допрашиваемого под подбородок. Парень дёрнулся, как от удара током, закатил глаза и обмяк.

– А вот это не надо было снимать, – сероглазый достал из кармана кусок ткани, быстро протёр им пистолет и вложил в руку парня. Пахнуло спиртом. Лера испуганно спрятала смартфон в сумку на поясе.

Сероглазый поднялся, прошёл на кухню и склонился над лежащим на полу мужчиной. Приложил пальцы к шее.

– Эх, Палыч! – с трогательным сожалением обронил сероглазый, и соизволил посмотреть на Леру.

 – Тебя как звать, барышня?

– Ва… Валерия, – девушка медленно попятилась.

– Вот что, Валерия. Отдай мне карту памяти из телефона и мотай отсюда поживей.

Пока она возилась со смартфоном, он вынул пиццу из сумки-термоса и кинул внутрь сумки две тысячные купюры.

– Заказ-накладную давай… и ручку.

Она протянула бланк заказа. Сероглазый поставил размашистый росчерк, посмотрел на часы, висевшие на стене кухни, и подписал время принятия пиццы заказчиком.

Вернул Лере бланк.

– Я поставил время на полчаса раньше, чтобы к тебе не было вопросов. Забирай сумку и уходи. Будет лучше, если ты меня забудешь.

«Такого забудешь», – подумала Лера, забирая сумку. Выходя с кухни, не сдержалась и обернулась.

Казалось, что мужчина уже отвлёкся и, обходя лежащего «Палыча», внимательно осматривал пол. Но, видимо, почувствовал её взгляд.

– Валерия, не стой. Уходи быстрее. Не дай бог менты нагрянут…

– Я … только хотела спросить… А как вас зовут?

– Федя, – он махнул ладонью, будто прогонял.

И она не ушла сразу. Ещё минуту стояла и смотрела, как Федя внимательно разглядывает кухню, как отодвигает стол и приседает перед едва заметной дверкой под подоконником. Лера никак не могла насмотреться на этого сероглазого Федю. Это был такой необычный мужчина!

– Барышня, ты ещё здесь?

– Да, – тихо призналась она.

– Уходи, а то отшлёпаю.

Лера спокойно вышла из квартиры, спокойно спустилась во двор.

Не спеша приторочила сумку к скутеру, завела и поехала. И только когда заправочная станция стала маячить впереди, остановила скутер. Сойдя на обочину, склонилась.

Её бил озноб и тошнота. Запоздалый страх сковал таким холодом, что замерзли пальцы на ногах. Уняв рвотные позывы, Лера присела на молодую травку и обняла себя за плечи, стараясь согреться. Не получалось. Страх судорогами хватал то за живот, то за грудь, то голову.