Реликтовые хроники

Он рефлексивно захотел его погладить. Но собака не стояла на месте, она бегала вокруг каждого призрака, кроме Бока. Псу ослепительные лучи мешали видеть очертания Бока.

– Брат Гавриил, не тревожься, Землю мы не изменили. – Бок светящимися руками в пространстве вырисовывал голограмму млечного пути и говорил.

– Только для нас проскользнули сотни тысяч лет. Мы в сгустке эфира. – Он ткнул пальцем в нарисованную галактику и засветилась искра. – В нем имеется своя энергия, которая проникла в мою память.

Я подозреваю, что наша сфера недвижима. Мы движемся сейчас с нулевой вселенской скоростью. Все остальное истекает в пространственную яму. – Бок придержал пальцем искру, а другой рукой крутанул импровизированную галактику и ткнул в центр.

– Яма – центр нашей галактики, а мы не относимся к галактике. Энергия здесь антигалактична, мы есть пространство.

Димон, засуетившись, сказал:

– Выходит, Бок, мы не космонавты? И нас можно назвать антигалы.

– Нет! Мы Ангалы, – подправил Михаил, а Бок его поддержал.

– Да Михаил! Пусть так и будет. Для нас, здесь, все новое и всему придется дать свое определение.

– Определение?! Как возможно тебе поверить, что ты вернешь наши тела и наш мир? От наших тел даже костей не осталось…

– Успокойся! У всего есть своя цикличность, Димон. Вольемся в другой цикл.

– И сколько нам ждать в этом мяче? – на Виталиуса давило замкнутое пространство.

– Ноу бол! – по английски не согласился с пастухом Бок.

– Тогда так и будем называть это место. Никто не против? – Сказав, Димон посмотрел на архибратьев.

Из-за названия сферы начался спор. Затянувшуюся беседу прервал Виталиус:

– Что случилось с псом?

Он вопросом переключил их внимание на собаку. Голограмма Гербера висела без движения. Все конечности пса свисали с туловища. В следующий момент всю собаку передернуло, как будто по его телу пропустили электрический разряд. Но потом Гербер, поджав хвост и лапы, скрутился в комок.

– Он дрыхнет! – с расползающейся улыбкой сказал Егор. И спор продолжился дальше, пока все поочередно не уснули. Последним выключился Димон. Очнулись все в таком же порядке, как и засыпали.

– Архиинтересно. Что с нами произошло? – удивился Михаил.

А Помятый, как будто бывалый, ему ответил:

– Что… Что… Мы вырубились! Зато как я выспался! Мне не мешали даже простата с похмельем.