Мое дело. Наше дело. Общее дело

Дойл подбежал к стоящей за кассой дочке и попросил ее принести его записную книжку, которая лежала на столе в подсобке; он наивно рассчитывал, что за это время человек Мартина уже уйдёт и не заметит Марию.

Вернувшаяся на работу Мария была до ужаса удивлена внешним видом отца; он выглядел уставшим и потерянным, словно после болезни. К тому же Марии показалось очень подозрительным утреннее поведение отца, который как-то странно намекал, что Мария может отдохнуть еще несколько дней, но Мария твердо настояла на своем желании заняться делом; она буквально рвалась на работу.

Ей страшно нравилось смотреть как склонные к романтике люди выбирают украшения для своих любимых и с горящими от влюбленности глазами несутся к тем людям, мысль о которых разгоняет в них пожар, поведение которого так предательски непредсказуемо… И этот огонь внутри по-настоящему опасен, он может сменится смертельной скукой, а может и сжечь вовсе. Его можно сравнить со зверем, который охотится на легко вдохновляемых людей, способных творить.

Как только Мария скрылась за дверью, Дойл проверил на месте ли оружие: он потянулся во внутренний карман длинного пиджака и нащупал купленный у Джозефа кольт, к которому хотелось притрагиваться все чаще и чаще, словно это не пистолет, а обжигающая лампочка, и ты жаждущий прикоснуться к ней мотылек.

– Добрый день. Я от Мартина, – сказал вошедший в ювелирный Эндрю Киль и хмуро протянул руку. – Что у вас для меня? Две сотни, верно?

Дойл отдал деньги и воинственные мысли о том, чтобы достать оружие тут же исчезли, словно их и не было вовсе.

В первую очередь, что подумает Мария, когда увидит отца с оружием в руках? Попробуй потом ей объясни, что этот человек вовсе не мирный гражданин, а гнусный бандит и вымогатель, которого я пытаюсь прогнать из нашей жизни.

– Ещё что-то? – торопливо сказал Дойл и строго посмотрел на Эндрю, явно для того, чтобы тот побыстрее убрался. Но при всей серьезности Дойла, в его глазах не было той жуткой искры, которая появляется во взгляде человека, когда он впервые совершает убийство.

А вот в глазах Эндрю при всей его молодости – это искра присутствовала.

– Если вдруг вас кто-то потревожит, сразу звоните мне, я решу вопрос. Вы теперь под нашей защитой, – говорил Эндрю и заинтересовано смотрел на идущею к кассе Марию, которая только вышла из подсобки держа в руке записную книжку отца. – Мое почтение… Здравствуйте.

– Добрый день, – любезно ответила Мария.