По ту сторону погон

На просьбу продать водку, «вагоновожатый» отвечал: «Водки нема», – чем вводил в недоумение «посланцев средней Азии». «Братанам», так мы друг друга называли, смог донести истинный смысл слова «нема», в данном конкретном случаи.

В Шепетовку прибыли примерно 04 часа?? минут.

Войсковая часть находилась недалеко, как мне казалось, меньше километра от ж/д вокзала. Это расстояние преодолевали пешком вдоль железнодорожной станции. Было темно, лишь изредка встречались придорожные столбы, на которых тускло горели лампочки.

Сама дорога состояла из выбоин, неровностей, островков, покрытых старым асфальтом.

Через 20—30 минут наш отряд, шествуя ровной отарой, уперся в закрытые ворота войсковой части. Свет в помещении контрольно-пропускного пункта не горел, и впускать нас в расположение части никто не собирался. Похоже, наряд дремал. Появление капитана, тарабанившего в двери КПП спровоцировало у «служивых» лихорадочную активность. Ворота распахнулись. И вот мы уже шествуем, «как высокие гости», минуя плац. Проходим клумбы с экзотическими растениями, подстриженными ромбиками Лигуструм.

На всех столбах ярко горят люминесцентные лампы, освещая тротуары. Дорожки – территория образцового содержания. Следующим пунктом остановки и рассредоточения по батареям, взводам и отделениям был клуб. Серенькое помещение, ничем не отличающиеся от провинциального кинотеатра. Кто-то из нашего «пополнения», находясь под впечатлением «вылизанных» автомобильных и пешеходных «артерий», теперь уже нашего военного городка, разительно отличавшихся от «запущенных» гражданских улиц и тротуаров, оставшихся за забором, не скрывали восторга: «Да тут по кайфу!»

«Для этого нас сюда и привезли, чтобы мы „это по кайфу“ тут и делали» – подытожил я.

Приняли нас как «родных». Сводили в баню, помыли. Выдали новую «одёжу», обули в кирзовые сапоги. Покормили в столовой. Предложили сдать привезенные с собой гражданские пожитки. К общему удивлению наши братья мусульмане – таджики, стали выкладывать остатки сала, вареные яйца, лук, чеснок и другую снедь, которой их укомплектовали в поезде православные.

Не хватало только горилки… Никакое вероисповедание не могло стать препятствием к проявлению гостеприимства между нашими народами.

Десять «братанов» – это вместе со мной естественно, были направлены обживать казарму третьей батареи. Русских только я и Леонид Мыльников. Осваиваем портное дело в бытовой комнате – гладим форму под бдительным оком сержанта, судя по акценту, с западной Украины.