По ту сторону погон

Разбегаясь, обрушивал всю силу бараньего веса, умноженную на скорость, сосредоточенную в рогах, в ягодицы замешкавшегося. Больше других от барана доставалась Ашоту, так как он был в самой лёгкой весовой категории.

Жалобы членов семьи на распоясавшего барана вызывали смех у главы семьи, он отшучивался. Во дворе Борис установил свои правила поведения, с которыми надо было считаться.

Как-то тёплым осенним вечером Робика привезли к дому на бортовом автомобиле в состоянии, когда захмелевший разум подсказывает примерно куда двигаться, а тело не знает как.

Рождённый гордым горцем, Робик отделался от сопровождающих, руководствуясь ещё не до конца изученным чувством, которым пользуются перелётные птицы, возвращаясь из дальних стран, и стал продвигаться к заветной калитке. Земля под ногами шевелилась, то и дело угрожающе приближаясь. Робик не без труда проник во двор дома. И как только оно, тело Робика, оказалось спиной по отношению к барану, тот, по устоявшейся традиции, что было сил, с разбега, приложился к пятой точке хозяина. Робик и так чувствовал себя не комфортно на двух конечностях, а тут под физическим воздействием Бориса, принял более устойчивое положение, рухнув на четыре конечности. Находясь в такой неудобной позе, Робик пытался ругать барана и что-то нечленораздельное блеял.

Баран поведение Робика истолковал по-своему, а именно как вызов подраться, то есть пободаться по-настоящему.

Робика баран уважал и считал его главным архаром, потому разогнался с особым усердием и как таран, врезался в голову соперника.

Однако, к удивлению Барана, соперник оказался, мягко сказать, «жидковат» – после первого же удара он свалился. Его конечности больше не держали тело в боевом положении. Робик находился в глубоком нокауте. Баран ещё долго ходил вокруг поверженного, в ожидании продолжения поединка или, как минимум, освобождения его территории. В конце концов, Борис по бараньему обычаю должен был изгнать поверженного со двора, так как теперь он в этой семье главный баран и продолжатель этого рода.

Первые слова Робика, пришедшего в сознание в больнице: «Зарежьте Бориса»…

Гравитация или неотвратимость наказания

СССР (USSR), Душанбе Таджикистан 1977 год июль

Пролетели годы, и вот мне уже 12 лет. Жизнь наполнена забавами и всякими глупостями. Жили мы в ту пору в столице жаркого Таджикистана – в г. Душанбе, в четырёхкомнатной квартире, которую дали маме от научно-исследовательского института, где она работала.